Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

Перед своим возвращением он пишет девушке письмо, в котором расторгает помолвку. Когда же он пришел к такому решению? Не в тот день, когда он написал прощальное письмо, как он полагает, а в тот день, когда он согласился на предложение родителей поехать в Европу. У него уже тогда было чувство, пусть даже и неосознанное, что, принимая подкуп, он продает себя и должен исполнить обещанное - расторгнуть связь. Его поведение в Европе не было основанием для этого разрыва, это был лишь механизм, с помощью которого ему удалось выполнить свое обещание. В этот момент он снова предал самого себя, следствием чего явилось усилившееся самопренебрежение, внутренняя слабость (скрытая за удовлетворением от новых завоеваний и т. д. color=#ffffff>) и потеря самоуверенности. Должны ли мы и дальше проследить его жизнь во всех подробностях? Он вошел в дело своего отца, вместо того, чтобы изучать физику, что соответствовало бы его способностям. Он женился на дочери богатых друзей своих родителей, он стал удачливым бизнесменом и политическим вождем, который принимал губительные решения вопреки голосу собственной совести, потому что боялся восстановить против себя общественное мнение. Его история - это ожесточение сердца. Каждое моральное поражение делает его более подверженным последующему, пока не достигнута точка, от которой больше нет возврата. В восемь лет он мог бы настоять на своем и отказаться принять подкуп, тогда еще он был свободен сделать это. И возможно, его друг, дедушка, учитель, которые услышали бы о его дилемме, могли бы ему помочь. В восемнадцать лет он был уже менее свободен. Его дальнейшая жизнь была процессом постоянного сокращения свободы, пока не был достигнут пункт, в котором он проиграл игру своей жизни. Большинство людей, которые кончили как беззастенчивые, ожесточившиеся люди (среди них есть соратники Гит лера и Сталина), в начале своей жизни имели шанс стать добрыми. Подробный анализ их жизненного пути мог бы показать нам, до какой степени были ожесточены их сердца в каждый конкретный момент и когда они потеряли свой последний шанс остаться человечными. Существует также и противоположная ситуация: первая победа делает последующую легче, пока наконец больше не составляет труда решаться в пользу настоящего.
Наш пример наглядно показывает, что большинство людей оказываются несостоятельными в искусстве жизни не потому, что они плохо приспособлены или слабовольны, что они не могли бы вести лучшую жизнь. Они несостоятельны потому, что они не пробуждаются и не видят, когда они стоят на распутье и должны принять решение. Они не замечают, когда жизнь задает им вопрос и когда они еще имеют возможность ответить на него так или иначе. С каждым шагом по ложной дороге им становится все труднее признать, что они действительно находятся на неправильном пути. И часто это случается только потому, что дальше они должны были бы согласиться с необходимостью вернуться к тому месту, где был впервые сделан неверный поворот, и примириться с напрасной тратой энергии и времени.
То же самое имеет силу применительно к общественной и политической жизни. Была ли победа Гитлера неизбежна? Разве немецкий народ в определенный момент не был еще свободен свергнуть его? В 1929 г. имели место факторы, склонившие немцев обратиться к национал-социализму. Важнейшие из них: существование озлобленной, садистской мелкой буржуазии, чья ментальность сформировалась между 1918 и 1923 гг., безработица, широко распространившаяся вследствие мирового экономического кризиса 1929 г.; возрастающая мощь милитаристских сил в стране, к которым социал-демократические лидеры терпимо относились еще в 1918 г., страх перед антикапиталистическим развитием; тактика коммунистов, которые видели в социал-демократах своих главных врагов; существование полоумных, хотя и талантливых, оппортунистических демагогов. Кроме того, имелись сильные антинацистские партии в рабочем классе и мощные профсоюзы, имелся антинацистски настроенный либеральный средний класс; была культурная и гуманистическая традиция немцев. Факторы, склоняющиеся в обе стороны, были сбалансированы таким образом, что в 1929 г. победа над национал-социализмом была еще реальной возможностью. То же самое относится к периоду занятия Гитлером Рейнской области. Против Гитлера имел место заговор некоторых ведущих военных сил, а его военный аппарат выказывал признаки слабости. Очень вероятно, что мощная акция западных союзников могла бы привести к закату Гитлера. Что произошло бы, однако, если он благодаря своей безрассудной жестокости и насилию не обратил бы против себя население завоеванных стран? Что было бы, если бы он послушал своих генералов, которые советовали стратегическое отступление от Москвы, Сталинграда и других позиций? Был ли Гитлер тогда все еще свободен избежать полного поражения? Этот пример указывает на еще один аспект осознания, который в значительной степени детерминирует нашу способность выбирать. Речь идет о сознательном различении между реальными альтернативами и такими, которые невозможны уже в силу того, что они не покоятся на реальных возможностях.
Исходя из своих позиций, детерминизм утверждает, что в каждой ситуации есть только одна-единственная реальная возможность выбора. Согласно Гегелю, свободный человек действует на основании понимания этой одной возможности, то есть на основе осознанной необходимости. Несвободный человек не видит этой возможности и потому вынужден поступать определенным образом, не ведая, что он есть производное необходимости, то есть разума. Напротив, с точки зрения индетерминистов, для него в тот же момент существует выбор многих возможностей, и человек свободен выбирать между ними. Часто бывает, что существуют не только одна "реальная возможность", а две или даже больше, но человек не может произвольно выбирать между неограниченным количеством возможностей.
Что следует понимать под "реальной возможностью"? Реальная возможность - это такая возможность, которая может проявиться, если рассматривать общую структуру сил, действующих в индивиде или обществе. Реальная возможность является противоположностью фиктивной, которая хотя и соответствует желаниям и страстям человека, но при данных обстоятельствах никогда не может быть реализована. В человеке господствует соотношение сил, которое структурировано определенным и вполне установимым образом. Эта особая структурная модель - "человек" - подвержена влиянию многочисленных факторов: окружающей среды (класс, общество, семья), а также наследственности и условностей, существующих в обществе. Если мы ближе рассмотрим эти факторы, то придем к выводу, что не следует непременно говорить о "причинах", которые вызывают определенные "следствия". Зависимый от условностей робкий человек может стать либо чрезмерно запуганным, замкнутым, пассивным и малодушным, либо человеком с хорошо развитой интуицией (например, способным поэтом, психологом или врачом). Но у него нет "реальной возможности" стать бесчувственным, беззаботным сорвиголовой. Пойдет ли он в одном или в другом направлении, зависит от других влияющих на него факторов. То же самое относится к человеку с конституциональными или рано приобретенными садистскими наклонностями: из такой личности может получиться либо садист, либо может благодаря борьбе против собственного садизма и преодоления его образоваться сильное психическое "антитело", которое лишит его способности поступать жестоко и заставит в высшей степени чувствительно реагировать на жестокость других. Однако он никогда не сможет остаться равнодушным по отношению к садизму.
Вернемся еще раз к "реальным возможностям" в сфере конституциональных факторов. В качестве примера приведем уже упоминавшегося курильщика. Он поставлен перед двумя реальными возможностями: либо он останется заядлым курильщиком, либо он не будет больше курить. Его представление, что он может продолжать курить, но только пару сигарет, оказывается иллюзией. В нашем примере с любовной историей мужчина имеет нереальные возможности: либо никуда не ходить с женщиной, либо вступить с ней в связь. Возможность, о которой он думал (что он мог бы пригласить ее выпить и не вступить с ней в связь), была нереалистичной ввиду соотношения сил в обеих личностях. color=#ffffff>
Гитлер имел бы реальную возможность выиграть войну или по меньшей мере не проиграть ее столь катастрофически, если бы он не обращался с завоеванными народами с такой жестокостью и насилием, если бы он не был столь нарциссичным, чтобы никогда не допустить стратегического отступления и прочее. Но вне этих альтернатив для него не существовало реальных возможностей. Предположим, что он мог бы вопреки своей деструктивности предоставить завоеванным народам свободное развитие и удовлетворить свое тщеславие и манию величия тем, что он никогда бы не отступал; предположим, что он мог бы посредством своего безмерного честолюбия стать угрозой для всех других капиталистических держав и выиграть войну, - все это, вместе взятое, не находилось в области реальных возможностей.
То же самое относится к нашей современной ситуации. Есть сильная тенденция к войне, которая обусловлена наличием у обеих сторон ядерного оружия, страхом друг перед другом и взаимным недоверием. Кроме того, национальному суверенитету молятся, как идолу, а во внешней политике отсутствуют объективность и разум. С другой стороны, у большинства населения обоих блоков есть желание избежать катастрофы атомного уничтожения. В остальной части человечества постоянно слышны голоса, выступающие против того, чтобы color=#ffffff> великие державы втягивали всех остальных в свое безумие. Существуют социальные и технологические факторы, которые делают возможным мирное решение проблемы и могут открыть человеческой расе путь в счастливое будущее. До тех пор, пока обе эти группы пребывают в раздумье, человек все еще может выбирать между двумя реальными возможностями: миром, в котором он покончит с гонкой атомных вооружений и "холодной войной", или войной, в которой он продолжит свою нынешнюю политику. Обе возможности реальны, даже если одна имеет больший вес, чем другая. У нас все еще есть свобода выбора. Однако возможности продолжать гонку вооружений, вести "холодную войну", иметь образ мыслей параноидальной ненависти и одновременно избежать атомного уничтожения - такой возможности у нас color=#ffffff> нет.
В октябре 1962 г. все выглядело так, как будто мы уже потеряли свободу решения и предстали перед угрозой катастрофы, которую, казалось, невозможно было предотвратить. Однако человечество еще раз ушло от этого. Напряжение спало, и стали возможны переговоры и компромиссы. Сегодня, возможно, последнее мгновение, когда человечество еще стоит перед свободным выбором между жизнью и уничтожением. Если мы не достигнем большего, чем поверхностные соглашения, которые символизируют добрую волю, но не доказывают color=#ffffff> осознания существующих альтернатив и соответствующих им последствий, то мы потеряем нашу свободу выбора. Если человечество само себя уничтожит, то это случится не из-за порочности, присущей человеческой душе, а потому, что человек не был в состоянии пробудиться и увидеть реалистические альтернативы и их последствия. Возможность свободного решения мы будем иметь лишь в том случае, если осознаем, каковы реальные возможности, между которыми мы можем выбирать, и каковы "не-реальные возможности", соответствующие субъективным пожеланиям. С помощью последних мы пытаемся увильнуть от трудноразрешимой задачи сделать выбор между альтернативами, которые реально существуют, но не нравятся индивиду или обществу. Эти "не-реальные возможности", конечно, вообще не являются color=#ffffff> возможностями, это лишь игра воображения. К сожалению, положение таково, что большинство из нас, будучи поставленными перед реальными альтернативами и необходимостью принять решение, требующее благоразумия и жертвы, внушают себе, что существуют якобы еще другие возможности. Так мы закрываем глаза перед фактом, что эти "не-реальные возможности" не существуют и что попытка их реализации является только маскировочным маневром, в то время как на заднем плане судьба принимает свое собственное решение. Человек, который живет иллюзией, что невозможное осуществимо, потом удивляется, возмущается и чувствует себя оскорбленным, если он уже не имеет возможности решать и наступает нежеланная катастрофа. В такой момент он впадает в ошибку, приписывая вину другим, защищая color=#ffffff> себя и/или взывая к Богу, в то время как вину он должен искать только в самом себе, в недостатке мужества смотреть фактам в лицо и в своем недостаточном благоразумии.
Таким образом, мы пришли к заключению, что действия человека постоянно определяются его склонностями, которые коренятся в действующих в нем силах (обычно неосознанных). Когда эти силы достигают определенной интенсивности, они могут быть настолько могущественны, что не только предрасполагают человека к решению, но и предписывают ему принять это решение, обрекая его тем самым на потерю свободы выбора. В случае, когда в человеке действуют противоречивые склонности, у него есть свобода выбора. Границы этой свободы определяются существующими реальными возможностями. Эти реальные возможности детерминированы общей ситуацией. Свобода человека состоит в его возможности выбирать между двумя наличными реальными альтернативами. Свободу в этом смысле следует дефинировать не как "действия в сознании необходимости", но как действия на основе осознания альтернатив и их последствий. В любом случае здесь нет индетерминизма; иногда речь идет о детерминизме, а иногда об альтернативности, которая основывается на феномене, присущем только человеку, - на осознанной убежденности. Другими словами, каждое событие имеет свою причину. Но в стечении обстоятельств, предшествующих событию, может быть множество мотиваций, которые могут стать причиной последующего события. Какая из возможных причин станет действующей причиной, может зависеть от того, сознает ли человек, в какой момент принимает решение. Выражаясь иначе, нет ничего, что бы не имело своей причины, но не все детерминировано (в смысле "жесткого" детерминизма).
В своих воззрениях на детерминизм, индетерминизм и альтернативность я, по существу, примыкаю к идеям трех мыслителей: Спинозы, Маркса и Фрейда. Часто всех троих называют "детерминистами". Для этого есть основания, тем более что они сами себя так называли. Спиноза писал: "В душе нет никакой абсолютной или свободной воли, но к тому или другому хотению душа определяется причиной, которая в свою очередь определена другой причиной, эта - третьей и так до бесконечности" (Спиноза. Этика. Часть 2. Теорема 48). Факт субъективного переживания нашей воли как свободной, что для Канта и многих других философов как раз является доказательством нашей свободы воли, Спиноза объясняет как следствие самообмана: мы осознаем наши желания, но мы не осознаем мотивов наших желаний. Поэтому мы думаем, что мы "свободны" в своих желаниях. Фрейд тоже считал себя сторонником детерминизма. Он критиковал глубоко коренящуюся веру в психическую свободу и произвол и подчеркивал, что этот индетерминизм является совершенно ненаучным и должен капитулировать перед требованием детерминизма, господствующего также и в духовной жизни. И Маркс, как кажется, был детерминистом. Он открыл законы истории, объясняя политические события как следствия классового расслоения и классовой борьбы, а последние опять же объяснял как следствие действующих производительных сил и их развития. Кажется, что все три мыслителя отрицали человеческую свободу и видели в человеке орудие сил, оперирующих за его спиной и не только склоняющих его к определенным действиям, но и детерминирующих их. В этом смысле Маркс принадлежит к тем гегельянцам, для которых познанная необходимость есть максимум свободы. Спиноза, Маркс и Фрейд выражали свои взгляды таким образом, что их можно квалифицировать как детерминистов, и многие их ученики понимали их именно так. Особенно это относится к Марксу и Фрейду. Многие "марксисты" высказывали мнение, которое сводилось к следующему: ход истории неизбежен, будущее определяется прошлым и некоторые события наступают с неотвратимостью. Многие ученики Фрейда утверждали то же самое в отношении Фрейда: доказывали, что психология Фрейда именно потому и научна, что она якобы может предсказать последствия события на основании причин, его вызвавших.
Но эта интерпретация Спинозы, Маркса и Фрейда как детерминистов полностью оставляет без внимания другой аспект в философии этих трех мыслителей. Почему главным трудом "детерминиста" Спинозы была работа по этике? Почему основным замыслом Маркса была социалистическая революция, а основной целью Фрейда - терапия, которая должна излечить душевнобольных людей от неврозов?
Ответ на эти вопросы довольно прост. Все трое мыслителей видели, в какой мере индивид и общество склоняются к тому, чтобы действовать определенным образом, и зачастую это происходило так, что склонность становилась детерминацией. Но вместе с тем они были не только философами, которые хотели объяснять и интерпретировать, они были людьми, которые хотели изменять и преобразовывать. Спиноза считал, что задача человека, его этическая цель состоит в том, чтобы сократить свою детерминированность и достигнуть оптимума свободы. Человек может достичь этого, когда он осознает самого себя, когда свои страсти, которые делают его слепым и держат в оковах, он превратит в такие аффекты, которые позволят ему действовать в соответствии со своими истинными интересами как человеческого существа. "Аффект, составляющий пассивное состояние, перестает быть им, как скоро мы образуем ясную и отчетливую идею его" (Спиноза. Этика. Часть 5. Теорема 3). Свобода не есть нечто дарованное нам; согласно Спинозе, это то, что мы можем в известных границах приобрести посредством познания и усилий. Если мы сильны и сознательны, мы можем выбрать альтернативу. Однако завоевать свободу трудно; поэтому большинство из нас терпит при этом неудачу. В самом конце своей "Этики" Спиноза пишет: "Таким образом, я изложил все, что предполагал сказать относительно способности души к укрощению аффектов и о ее свободе. Из сказанного становится ясно, насколько мудрый сильнее и могущественнее невежды, действующего единственно под влиянием страсти. Ибо невежда, не говоря уже о том, что находится под самым разнообразным действием внешних причин и никогда не обладает истинным душевным удовлетворением, живет, кроме того, как бы не зная самого себя, Бога и вещей, и, как только перестает страдать, перестает и существовать. Наоборот, мудрый, как таковой, едва ли подвергается какому-либо душевному волнению; познавая с некоторой вечной необходимостью самого себя, Бога и вещи, он никогда не прекращает своего существования, но всегда обладает истинным душевным удовлетворением. Если же путь, который, как я показал, ведет к этому и кажется весьма трудным, однако все же его можно найти. Да он и должен быть трудным, ибо его так редко находят. В самом деле, если бы спасение было у всех под руками и могло бы быть найдено без особого труда, то как же могли бы почти все пренебрегать им? Но все прекрасное так же трудно, как и редко".
Спиноза, основатель современной психологии, знакомый с факторами, детерминирующими человека, тем не менее пишет "Этику". Он хотел показать, что человек из рабства может попасть в царство свободы. И под "этикой" он понимает как раз завоевание свободы. Это завоевание становится возможным через разум, через адекватные идеи, через осознание самого себя. Но оно возможно только в том случае, когда человек прикладывает в этом направлении больше усилий, чем готово приложить большинство людей.
Если произведение Спинозы является трудом, рассчитанным на "спасение" человека (причем под "спасением" следует понимать завоевание свободы через осознание и интенсивные усилия), то Маркс тоже имел намерение освободить индивида. Но в то время как Спиноза занимался иррациональностью индивида, Маркс расширил это понятие. Он считал, что иррациональность индивида вызвана к жизни иррациональностью общества, в котором он живет, и эта иррациональность сама является следствием бесплановости и противоречий в экономической и социальной действительности. Целью Маркса, как и Спинозы, является свободный и независимый человек. Но чтобы достичь этой свободы, человек должен осознавать силы, действующие за его спиной и детерминирующие его. Эмансипация вырастает из осознания и усилия. Исходя из убеждения, что рабочий класс является инструментом истории для универсального освобождения человека, Маркс считал, что классовое сознание и классовая борьба есть непременные условия для эмансипации человека. Как и Спиноза, Маркс является детерминистом, когда говорит: если ты остаешься слепым и не предпринимаешь предельных усилий, ты потеряешь свою свободу. Но, как и Спиноза, он является не только человеком, который хочет интерпретировать; он является человеком, который хочет изменять, - поэтому весь его труд есть попытка научить человека, как он может стать свободным через осознание и усилие. Маркс никогда не говорил (как часто полагают), что он мог бы предсказать исторические события, которые неизбежно должны произойти. Он всегда был сторонником альтернативы. Человек может разбить цепи необходимости, если он осознает силы, действующие за его спиной, если он предпринимает чрезвычайные усилия для завоевания своей свободы. Роза Люксембург, одна из величайших интерпретаторов Маркса, сформулировала его позицию следующим образом: в нашем веке у человека есть альтернатива выбирать "между социализмом и варварством".
Детерминист Фрейд тоже был человеком, который хотел изменять: он хотел превратить невроз в здоровье и заместить господство Оно господством Я. Невроз, какого бы вида он ни был, представляет собой не что иное, как потерю свободы человека разумно действовать.
Психическое здоровье представляет собой не что иное, как свободу человека действовать в соответствии со своими истинными интересами. Фрейд видел, так же как Спиноза и Маркс, в сколь значительной степени детерминирован человек. Но и Фрейд понял, что посредством самосознания и серьезных усилий можно противостоять принуждению действовать определенным иррациональным и потому деструктивным образом. Поэтому его работа представляет собой попытку найти метод, с помощью которого можно лечить неврозы самосознанием, и лозунг его терапии гласит: "Правда должна сделать тебя свободным". Многие представления являются общими для всех трех мыслителей:
1. Действия человека определяются предшествующими причинами, но он может с помощью серьезных усилий освободиться от силы этих причин через их осознание.
2. Теорию и практику не следует отделять друг от друга. Чтобы достичь "спасения" или освобождения, следует иметь точное знание, иметь правильную "теорию". Но знания нельзя достичь без того, чтобы действовать и бороться . Великое открытие всех трех мыслителей состояло именно в том, что теория и практика, истолкование и изменение неотрывны друг от друга.
3. Хотя они были детерминистами в том смысле, что разделяли точку зрения, согласно которой человек может проиграть борьбу за свою независимость и свободу, однако они в принципе были и сторонниками альтернативы: они учили, что человек может выбирать между определенными установимыми возможностями и что от него зависит, какая из этих альтернатив осуществится; это зависит от него до тех пор, пока он не потерял свою свободу. Так, Спиноза не думал, что каждый достигнет своего спасения, Маркс не думал, что социализм должен победить при всех обстоятельствах, а Фрейд не думал, что любой невроз может быть вылечен с помощью его метода. В действительности все трое были скептиками и одновременно людьми глубокой веры. Для них свобода была чем-то большим, чем деятельностью на основе осознанной необходимости, она была великим шансом человека выбрать добро, а не зло, его шансом выбирать между реальными возможностями, опираясь на ясное осознание ситуации и серьезные усилия. Их позиция не была ни детерминизмом, ни индетерминизмом, это была позиция реалистического критического гуманизма.
То же самое является принципиальной установкой буддизма. Будда усматривал в желаниях причину человеческого страдания. Он ставит человека перед альтернативой: либо предаваться своим желаниям и тем самым своему страданию и оставаться привязанным к колесу перерождений, либо отказаться от желаний и тем самым положить конец своим страданиям и перерождениям. Человек должен выбирать между этими двумя реальными возможностями, третьей возможности у него нет.
Мы исследовали сердце человека - его "душу", его склонность к добру и злу. Имеем ли мы теперь более основательную почву под ногами, чем в первой главе этой книги, когда мы поставили некоторые вопросы?
Возможно. По крайней мере, стоило бы еще раз обобщить результаты нашего исследования.
1. Зло - специфически человеческий феномен. Это попытка регрессировать к до-человеческому состоянию и уничтожить специфически человеческое: разум, любовь, свободу. Но зло - не только нечто человеческое, оно также нечто трагическое. Даже когда человек регрессирует к совершенно архаическим формам переживания, он ни на минуту не может перестать быть человеком, поэтому он никогда не может удовлетвориться злом как решением. Животное не может быть злым, речь идет об имманентно присущих инстинктах, которые, по существу, служат ему для выживания. Зло есть попытка трансцендировать область человеческого на нечеловеческое, и тем не менее это нечто глубоко человеческое, поскольку человек так же не может стать животным, как он не может стать "божеством". В зле человек теряет сам себя при трагической попытке освободиться от тяжести своего человеческого бытия. Потенциал зла увеличивается еще и за счет того, что человек наделен способностью представлять себе все возможности зла, и желать их, и носиться с мыслью об этом, питая свою злую фантазию.
Идея добра и зла, как я ее здесь сформулировал, по существу, соответствует точке зрения Спинозы, когда он пишет: "...под добром я буду разуметь в последующем то, что составляет для нас, как мы наверное знаем, средство к тому, чтобы все более и более приближаться к предначертанному нами образцу человеческой природы; под злом же то, что, как мы наверное знаем, препятствует нам достигать такого образца" (Спиноза. Этика. Часть 4 color=#ffffff>. Предисловие). Отсюда для Спинозы логически следует: "...лошадь, например, исчезает, превращаясь как в человека, так и в насекомое" (там же). Добро состоит в том, что мы все более приближаем наше существование к нашей истинной сущности, зло состоит в постоянно возрастающем отчуждении между нашим бытием и нашей сущностью.
2. Степени зла соответствует степень регрессии. Наибольшим злом являются те побуждения, которые направлены против жизни: любовь к мертвому; инцестуально-симбиозные устремления возвратиться в лоно матери, к земле, к неорганическому; нарциссическое самопожертвование, которое делает человека врагом жизни именно потому, что он не может покинуть тюрьму своего собственного "Я". Так жить - значит жить в "аду".
3. Зло также существует и в меньшей степени, что соответствует и меньшей регрессии. В таком случае речь идет о дефиците любви, разума, о недостатке интереса и нехватке мужества.
4. Человек склонен идти назад и вперед, иначе говоря, он склонен к добру и злу. Когда обе склонности еще находятся в равновесии, он свободен выбирать, если предположить, что он может осознать свою ситуацию и способен к серьезным усилиям. Тогда он может выбирать между альтернативами, детерминированными, со своей стороны, общей ситуацией, в которой он находится. Однако если его сердце ожесточилось до такой степени, что его склонности больше не уравновешены, он больше не свободен в выборе. В цепи событий, которые ведут к утрате свободы, последнее решение обычно не дает человеку возможности свободного выбора; при первом решении еще существует возможность, что он свободно выберет путь к добру, если предположить, что он сознает значение этого первого решения.
5. Вплоть до точки, в которой у него больше нет свободы выбора, человек ответствен за свои действия. Но ответственность является только этическим постулатом, и часто речь идет лишь о рационализации желания авторитарных инстанций иметь возможность наказать человека. Именно потому, что зло есть нечто вообще человеческое, ибо оно представляет потенциал регрессии и потерю нашей гуманности, оно живет в каждом из нас. Чем больше мы осознаем это, тем меньше мы в состоянии сделаться судьями над другими людьми.
6. Сердце человека может ожесточиться, оно может стать нечеловечным, но никогда не может стать не-человеческим. Человеческое сердце всегда остается человеческим. Все мы детерминированы тем, что родились людьми и потому всегда стоим перед задачей принимать решения. Вместе с нашими целями мы должны выбирать и наши средства. Мы не можем полагаться на то, что кто-то нас освободит, но мы должны постоянно сознавать тот факт, что неправильные решения отнимают у нас возможность освободить самих себя.
Мы должны на деле достичь осознания самих себя, чтобы иметь возможность выбрать добро, но это самосознание не поможет нам, если мы потеряли способность быть до глубины души взволнованными бедой другого человеческого существа, дружеским взглядом, пением птиц и свежей зеленью травы. Если человек равнодушен к жизни, то больше нет надежды, что он выберет добро. Его сердце действительно ожесточилось настолько, что его "жизнь" закончилась. Если бы это случилось со всей человеческой расой или ее наиболее могущественными членами, это могло бы привести к угасанию жизни человечества в ее самый многообещающий момент.
 
color=#ff0000
ПРИМЕЧАНИЯ
ДУША ЧЕЛОВЕКА
Книга впервые опубликована в 1964 г. Перевод выполнен В. А. Заксом.
"Бегство от свободы" - работа Э. Фромма, написанная в 1941 г., в которой автор излагает оригинальную концепцию свободы личности, вскрывает социально-психологические механизмы бегства от свободы.
Садизм - половое изгращение, при котором для достижения полового удовлетворения необходимо причинение партнеру боли, страдания. Названо по имени французского писателя маркиза де Сада, описавшего это извращение. Позже этот термин стал обозначать стремление к жестокости в более широком смысле - наслаждение чужими страданиями. По Э. Фромму, садизм проявляется в стремлении иметь неограниченную власть над другими и представляет собой, наряду с мазохизмом, деструктивностью и автоматическим конформизмом, один из четырех механизмов "бегства от свободы".
Мазохизм - половое извращение, при котором для достижения оргазма необходимо испытывать боль или моральные унижения, причиняемые партнером; названо по имени австрийского писателя Захер-Мазоха, описавшего это извращение. Для Э. Фромма мазохизм - это прежде всего стремление подчинить себя другим, готовность отказаться от свободы с целью обеспечения собственной безопасности.
Деструктивность - термин произошел от слова "деструкция" и означает нарушение, разрушение нормальной структуры чего-либо. Деструктивность - ключевое понятие Фроммовой теории личности, один из механизмов "бегства от свободы", когда человек "разрушает мир, чтобы мир не разрушил его". Рассмотрению этого понятия Э. Фромм посвящает свое последнее крупное произведение, подводящее итог жизненного и творческого пути выдающегося мыслителя, "Анатомия человеческой деструктивности"(1973).
"Человек для себя" - работа Э. Фромма, написанная в 1947 г. Развивая идеи "бегства от свободы", автор попытался раскрыть внутреннюю сущность человека.
Нарциссизм - психологическое состояние полной сосредоточенности на собственной персоне, в котором все окружающее воспринимается только через призму желаний данной личности. Э. Фромму принадлежит большая заслуга в истолковании феномена нарциссизма. Рассматривая его в историческом аспекте, Фромм предупреждает об опасности доминирования в межличностных отношениях различных форм группового нарциссизма (религиозной, расовой, политической). По мнению Э. Фромма, любое проявление нарциссизма может завершиться фанатизмом и разрушением (см.: Фромм Э. Бегство от свободы, 1941).
Инцестуальное влечение - термин происходит от слова "инцест" - кровосмешение и обозначает половое влечение к близкому (кровному) родственнику: матери или отцу, сыну или дочери, брату или сестре.
"Искусство любить" - работа Э. Фромма, написанная в 1956 г. и посвященная волнующей теме любви, рассматриваемой автором как особый вид искусства.
Инцестуальный симбиоз - тесное сожительство близких (кровных) родственников.
Фрейд Зигмунд (1856-1939)- австрийский врач-психиатр и психолог, основатель психоанализа. Оказал огромное влияние на творчество Э. Фромма, который на протяжении всей жизни обращался к фундаментальным положеяням Фрейдовой теории личности и психосексуального развятия индивида и был самым последовательным его оппонентом. Основное расхождение выдающихся мыслителей, имеющее концептуальное значение, состояло в том, что Фрейд считал единственным двигателем поведения примитивные биологические силы, а то время как Фромм рассуждал иначе: "Хотя и имеются некоторые потребности (need), общие для всех людей, такие, как голод, жажда, секс, но те потребности (drive), которые создают различия в характере человека - любовь и ненависть, вожделение власти и стремление подчиняться, наслаждение чувственным удовольствием и страх перед ним,- все это продукты социального процесса. Наиболее прекрасные и самые безобразные склонности человека представляет собой не компоненты фиксированной и биологически заданной человеческой природы, а результаты социального процесса, который творит людей" (Fromm E. Escape from Freedom, 1971).
Эдипов комплекс - психическое состояние, выражающееся в подсознательном сексуальном влечении к собственной матери и связанной с этим ненавистью к отцу. Этот термин был введен З. Фрейдом и назван по имени Эдипа (см. сноску "Эдип").
Царь Давид - царь Израильско-Иудейского государства (Х в. до н. э.). Согласно ветхозаветному повествованию, провозглашенный царем Иудеи Давид присоединил к ней ряд израильских племен и создал государство со столицей в Иерусалиме. Э. Фромм отмечает противоречивое толкование образа царя Давида в Ветхом завете. С одной стороны, жизнеописание Давида в книгах Царств воплощает концепцию Божьего наказания порочного царя за его проступки, а с другой стороны, оно изображает эпизоды его деяний, которые трактуются как спасительные, мессианские (например, поединок Давида с Голиафом истолковывается как поединок Христа с антихристом).
Пелагий (ок. 360 - после 418) - монах, создатель христианского учения (пелагианства), распространившегося в странах Средиземноморья в начале V в.; в противовес концепции благодати и предопределения Августина его учение делало акцент на нравственно-аскетическом усилии самого человека, отрицая наследственную силу греха.
Фрустрация (обман, неудача) - психологическое состояние, возникающее в ситуации разочарования, неосуществления какой-либо цели. Проявляется в гнетущем напряжении, тревожности, чувстве безысходности. Реакцией на фрустрацию может быть уход в мир грез и фантазий или же агрессивность и т. д.
Каин - в библейской мифологии старший сын Адама и Евы. "И был Авель пастырь овец, а Каин был земледелец. Спустя несколько времени. Каин принес от плодов земли дар Господу, и Авель также принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его, а на Каина и на дар его не призрел. Каин сильно огорчился, и поникло лице его... И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его" (Быт. 4: 2-8). Библейский текст легенды о Каине и Авеле весьма краток и труден для понимания. Этим отчасти вызвано обилие преданий, представляющих различные толкования конфликта между братьями в послебиблейской литературе, которые, однако, сходятся в том, что в основе деяния Каина лежали зависть и ревность по отношению к Авелю.
Иосиф и его братья - в библейской мифологии Иосиф - любимый сын Иакова и Рахили; был продан братьями в рабство за особое положение в семье, повлекшее за собой их зависть, обострявшуюся как оттого, что Иосиф передавал отцу какие-то порочащие братьев сведения, так и под впечатлением от двух его сновидений, в которых рисовалось первенство Иосифа в роду. После долгих злоключений Иосиф стал править Египтом. Когда гонимые голодом братья Иосифа прибыли в Египет, он поселил их в этой стране. В своих произведениях Э. Фромм неоднократно обращается к образу Иосифа. Его интерес обусловлен сновидениями Иосифа, позволяющими рассматривать его как классический пример толкователя снов, прорицателя, в истории которого особое значение имели вещие сны, наполненные растительными (например снопы, связанные братьями), а также астральными (солнце, луна, звезды как образы матери и отца color=#ffffff>) символами
Калигула - прозвище Гая Цезаря Германика (12-41), римского императора с 37 г. из династии Юлиев-Клавдиев. Его стремление к неограниченной власти и требование себе почестей как Богу вызвали недовольство сената. Калигула был убит преторианцами. Жизнеописание Калигулы, отличавшегося крайней жестокостью, послужило источником многих психоаналитических суждений.
Регрессия - термин происходит от слова "регресс" - обратное движение, обозначает такое состояние психики, для которого характерны процессы деградации, переход от высших состояний к низшим; утрата способностей организма выполнять те или иные функции.
Авель - в библейской мифологии сын Адама и Евы, "пастырь овец", убитый из зависти своим старшим братом Каином (см. примечание Каин). Имя Авеля стало нарицательным для изображения невинной жертвы жестокости.
Соломоново решение - названо так по имени царя Израильско-Иудейского царства Соломона, царствовавшего с 965 по 928 г. до н. э. Согласно библейской традиции, Соломон славился необычайной мудростью. Однажды к нему пришли две женщины и принесли ребенка. Каждая из них утверждала, что является матерью этого ребенка. Соломон предложил во избежание спора разрубить тело младенца на две равные части. Одна из женщин согласилась с этим решением, другая же предпочла уступить сопернице ребенка, желая сохранить ему жизнь. Она и была, по решению Соломона, признана матерью, ибо ее материнский инстинкт возобладал над чувством собственности. Говоря о некрофильном характере, Э. Фромм обращается к данному сюжету вслед за такими психоаналитиками, как З. Фрейд и К. Юнг.
Тролли в ибсеновском "Пер Гюнте" - в скандинавских поверьях тролли - это сверхъестественные существа (чаще всего великаны), обычно враждебные людям. Фромм говорит о философско-символической поэме-драме "Пер Гюнт", написанной норвежским драматургом Г. Ибсеном в 1867 г. В основе сюжета этого произведения лежат скандинавские саги.
Эйхман Карл (1906-1962) - немецко-фашистский военный преступник. С 1933 г. в СС возглавлял подотдел "по делам евреев". После войны бежал в Аргентину, где в 1960 г. был схвачен израильской разведкой и казнен.
Юнг Карл Густав (1875-1961)- швейцарский психолог и философ-идеалист, основатель "аналитической психологии". В своих работах Э. Фромм неоднократно обращается к теории Юнга, сравнивая ее положения с теорией З. Фрейда. Суть их расхождений состояла в том, что Юнг отказался от трактовки полового влечения как стержня личности и источника конфликтов. Он предложил понимать под либидо любую потребность, а не только сексуальную, как это делал Фрейд. Центральным в концепции Юнга стало "учение о коллективном бессознательном", согласно которому у человека врожденными для различных рас являются архетипы, представляющие не индивидуальное, а коллективное бессознательное. Характерный для всего психоаналитического движения подход к индивидуальному сознанию, а также к развитию культуры сближает теории К. Юнга и Э. Фромма, являвшегося приверженцем принципа первичности бессознательных психических тенденций и механизмов.
Некрофагия - психологическое извращение, выражающееся в поедании трупов или падали.
Копрофагия - психологическое извращение, выражающееся в поедании экскрементов.
Перверсия - происходит от слова perversion - "перевернутый", означает то же, что и половое извращение.
Танатос - инстинкт смерти. Понятие, введенное З.Фрейдом для обозначения новой дуалистической системы, где действующие в психике инстинктуальные импульсы трактуются им как проявление двух космических начал - Жизни (Эроса) и Смерти (Танатоса).
"По ту сторону принципа удовольствия" - работа 3. Фрейда, написанная в1920г.
Теория либидо - краеугольный камень психоаналитической системы З.Фрейда. По его мнению, процесс психического развития человека есть по своей сути биологически детерминированный процесс превращения сексуального инстинкта. Тем самым Фрейд свел все человеческое поведение к проявлениям первоначальной сексуальности, то есть либидо.
Сублимация - психический процесс преобразования и переключения энергии эффективных влечений на цели социальной деятельности и культурного творчества. Фрейд рассматривал сублимацию как один из видов трансформации влечений (либидо).
Квантификация - количественное выражение измерения качественных признаков чего-либо.
Маринетти Филиппо Томмазо (1876-1944) - итальянский писатель, глава и теоретик футуризма, сподвижник Муссолини; прославлял фашистскую агрессию.
Ника Самофракийская - имеется в виду одно из изображений (статуй) богини Инки, олицетворявшей в Древней Греции победу. Ее статуи в виде спускающейся с небес вестницы богов воздвигались в честь победы на войне, в спортивных или художественных состязаниях.
Уитмен Уолт (1819-1892)- американский поэт. Его творчеству свойственны представления об очищающей человека близости к природе. Уитмен - проповедник космического характера родства со всеми людьми мира; он - певец "мировой демократии" и свободной любви, смелый реформатор "свободного стиха".
Адлер Альфред (1870-1937) - австрийский психиатр и психолог, крупный представитель психоаналитического движения, ученик З.Фрейда, основатель "индивидуальной психологии". Так же как и К. Юнг, отверг пансексуализм Фрейда и выдвинул ряд идей, повлиявших на зарождение "неофрейдизма". Главным источником мотивации Адлер считал стремление к самоутверждению как компенсацию возникающего в раннем детстве чувства неполноценности. Отстаивал принцип единства личности, а также подчеркивал роль социального, а не биологического фактора в мотивационной структуре человека.
Хорни Карел (1885-1953) - немецко-американский психолог, признаваемый, наряду с Э. Фроммом, лидером неофрейдизма. Известен своими работами в области исследования невротической личности ("Невротическая личность нашего времени", 1937; "Наши внутренние конфликты", 1945; "Неврозы и развитие человека", 1950).
Цезарь - в данном случае имеется в виду титул Калигулы как римского императора.
Абрахам К.- один из видных представителей школы психоанализа, открывший в 1920 г. в Берлине первый психоаналитический институт.
Идентификация - в психологии это процесс эмоционального и иного самоотождествления личности с другим человеком, группой или образом. Для Э. Фромма идентификация - это один из механизмов постижения человеком собственной индивидуальности, а также выражение стремления "я" к возвышению через "другого".
Минойско-Микенская культура - относится к бронзовому веку (3-2-е тыс. до н. э.). Свое название получила от Микен - города на юге Греции и по имени царя Миноса, легендарного правителя о. Крит.
Салливэн Гарри Стэк (1892-1949) - американский психолог, один из основателей неофрейдизма. Развил концепцию межличностных отношений, сводя при этом личность к сумме искаженных или фантастических образов, возникающих в процессе социального общения.
Ференци Шарль - венгерский психоаналитик ЗО-х гг. XX в., последователь 3. Фрейда.
Хъюз Ричард (1900-1976) - английский писатель и, драматург. В своих произведениях мотивы большинства исторических событий объяснял прежде всего нюансами человеческой психики; испытал большое влияние 3. Фрейда.
Модусы социализации - способы усвоения индивидом на протяжении его жизни социальных норм и культурных ценностей того общества, к которому он принадлежит.
Ваал (Баал) - древнее общесемитское божество плодородия, вод и войны. Почитался в Финикии, Палестине и Сирии, затем его культ распространился в Египте и Испании.
Астарта (Аштарт) - в древней финикийской мифологии богиня плодородия, материнства и любви; астральное божество, олицетворение планеты Венера.
Джеймс Уильям (1842-1910) - американский психолог, философ-идеалист, крупнейший представитель прагматизма. Боролся против материалистического миропонимания, противопоставляя ему иррационализм. В анализе психики, которую считал "потоком сознания", подчеркивал роль волевого и эмоционального начал.
 
Обращаясь к вопросу о различных формах агрессии, сравните обширный материал в психоаналитических исследованиях, прежде всего многочисленные статьи в журнале "The Psychoanalitic Study of the Child" (N. Y.); специально по проблеме человеческой и животной агрессии см.: Scott J.P., 1958, Buss A.N., 1961, Berkowitz L., 1962.
В 1939 г. Гитлер должен был инсценировать нападение польских партизан (которые в действительности были штурмовиками) на радиопередатчик в Силезии, чтобы создать впечатление у населения, что на него напали, и, таким образом, представить свое преднамеренное вторжение в Польшу в качестве "справедливой войны".
При "проективном опросе" ответы открыты (open-ended questionnaire) и интерпретируются по их неосознанному и непреднамеренному значению. Таким образом, получаются данные не о "мнениях", а о силах, неосознанно действующих в опрашиваемом.
Ср. описание образа жизни черногорцев у Джиласа, который говорит об убийстве как о наиболее гордом и опьяняющем переживании в жизни мужчины.
Когда в библейской истрории говорится, что Бог создал Еву в качестве "помощницы" Адаму, то, таким образом, указывается на новую функцию любви.
Это символическое значение слепоты является чем-то совершенно иным, нежели слепота в тех случаях, когда она символизирует "истинное прозрение".
Здесь и далее цит. по: Спиноза Б. Избр. произв. М., 1957. Т. 1. С. 359- 618.
Многие ритуалы, которые основываются на разделении чистого (живого) и нечистого (мертвого), подчеркивают, как важно избегать перверсии.
Это главный тезис Альберта Швейцера, который в своих работах и в своей жизни был одним из величайших представителей любви к жизни.
Против возражения, что если бы инстинкт смерти был настолько силен, то люди обычно склонялись бы к совершению самоубийства, Фрейд защищался, говоря, что организм хочет умереть только своим способом... При этом возникает парадокс: живой организм самым энергичным образом сопротивляется воздействиям (опасности), которые помогли бы ему достичь своей жизненной цели кратчайшим путем (так сказать, с помощью короткого замыкания).
Я не могу признать теорий, которые пытаются нас уверить, что (а) внезапное уничтожение 60 миллионов американцев не будет иметь глубокого и губительного влияния на нашу цивзлизацик), или (б) после начала атомной войны противник будет все еще столь благоразумен, чтобы вести войну по определенным правилам, которые позволят избежать тотального уничтожения.
Мне представляется, что существенный ответ на это заключается в том, что большинство людей, хотя в основном и неосознанно, в своей частной жизни преисполнены глубоким страхом. Постоянная борьба за более высокую ступень на социальной лестнице и постоянная боязнь оказаться несостоятельным порождают перманентное состояние страха и стресса, в котором средний человек не задумывается больше об угрозе, нависшей над ним самим и над всем миром.
См. по: Называть вещи своими именами. Программные выступления мастеров западноевропейской литературы XX века. М., 1986. С.160-161.
Уитмен У. Листья травы. М., 1982. С.157.
Там же, С.152.
Ср. разбор самовлюбленности у Fromm E. (1947).Я пытаюсь там доказать, что настоящая любовь к себе не отличается от любви к другим людям, но я также показываю, что "самовлюбленность" в смысле эгоистической нарциссической любви обнаруживается как раз у людей, которые не могут любить ни других, ни себя.

Скачать книгу: ДУША ЧЕЛОВЕКА Ее способность к добру и [0.12 МБ]