Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

Путем Огня, или Разговор с нагвалем,Амир Ваддах аль-Амири 

Амир Ваддах аль-Амири



Путем Огня, или Разговор с нагвалем в режиме on-line






"Основной принцип магии состоит в том, что если вы искренне во что-то верите, это станет правдой - для вас".
Гарри Тертлдав, "Дело о свалке токсичных заклинаний".

1. Предисловие, в котором говорится о непростом положении шаманизма в современной культурной ситуации.

Скончавшийся в прошлом году выдающийся антрополог, археолог и исследователь шаманизма Майкл Рипински-Наксон в одной из своих программных статей ("Шаманизм: религия или ритуал?", Journal of Prehistoric Religion, Vol. 6, 1992) заявлял, что в своих исследованиях "старался избегать жанра поп шаманизма Новой Эры, разработанного "адвокатами альтернативного шаманства", чей опыт по большей части заключался в общении с собственными последователями сидя в конференц-залах и тому подобных местах". Слишком уж часто, продолжает Рипински-Наксон, "урбанистический поп-шаман использует шаманизм как подсобное средство для достижения успеха в популярной психологии и в программах самоусовершенствования на массовом рынке. В подобных группах шаманство - не более чем один из аспектов культурной моды. И скорее всего очень немногие из них в полной мере представляют себе все муки физических лишений, длительных испытаний, внутренних кризисов личности и схваток со смертью, связанных с подлинным шаманским призванием. Изучение методов, используемых шаманами, еще никого не сделало шаманом. Конечно, и шаманизм порой различается в методах и характерных состояниях сознания. Однако определение становится значащим, только если охватывает соответствующий культурный контекст и поведение. Можно посещать школу, чтобы приобрести знание, но приобретение мудрости - совершенно иное дело. Можно шаманствовать, изучив соответствующие приемы, но не всякому дано поступить в "шаманский университет". Повторяю: это призвание, связанное с серьезными психологическими и духовными изменениями личности. Таким образом я считаю, что шаманизм Новой Эры не в состоянии выразить точную динамику социокультурной ситуации - ни исторически, ни феноменологически. Его озабоченность интеграцией шаманских элементов в социальную ткань, в которой шаманизм как институт не фигурирует, сопровождается огромным недостатком осознания, проницания и прочувствования истинного шаманского опыта".
К чему здесь столько Рипинского? Дело в том, что, в целом разделяя точку зрения авторитетного антрополога на феномен поп-шаманизма (и принимая ее за точку зрения официальной науки), мы не можем не отметить у него ряда противоречивых положений, касающихся нынешнего культурного контекста, или, говоря словами Рипинского, современной "социальной ткани", якобы отторгающей институт шаманизма. Собственно, что такое "истинный шаманский опыт" в определении автора, на что он нацелен?
"Развитие шаманских практик, - пишет антрополог, - обозначило порог, за
которым возникли попытки человечества достичь системного понимания сверхъестественного мира. В ходе своей долгой культурной истории шаманизм пытался распутывать универсальные загадки: происхождение космоса, земли, людей, животных и растений. Он пытался развязать парадоксальный узел под названием "экзистенциальные поиски смысла жизни и смерти". Шаманизм изменил характер религиозных практик, развивая техники, через которые группа избранных индивидуумов могла обрести тайное знание вселенной, видение космических миров посредством психодинамических процессов, активизированных через ритуальные техники экстаза, что нередко достигалось при помощи галлюциногенных веществ" и так далее.
Рискуя выступить "адвокатами альтернативного шаманства", все же заметим: если описанные выше методы миропостижения несовременны (и более того - вневременны), мы вынуждены будем признать, что антропологу Рипинскому посчастливилось жить, говоря в терминах Карлоса Кастанеды, в некоей "отдельной реальности", в отдельной социокультурной ситуации. В контексте же нашего обычного восприятия мы рассматриваем шаманизм не только и не столько как традицию, подлежащую этнографическому осмыслению, сколько в качестве культурного знака, идеологемы: став очевидной частью актуальной культурной игры, шаманизм не просто изменил характер метафизических практик (искусства в том числе), но уже давно перевел их в семиотический план, легализовав конструкции типа "христианство плюс шаманизм", "Кандинский плюс шаманизм", "Моррисон плюс шаманизм" и т. д. - с прицелом на перспективу замены плюса знаком равенства. Откуда следует, что шаманизм, перефразируя тургеневского Базарова, "не храм, а мастерская", в качестве каковой он, собственно, и фигурирует в сегодняшней социальной ткани. Как еще один ткацкий станок. Что уж там ему - "элементы интегрировать"...
И вот чтобы нагляднее обозначить сходство и различие идеологем традиции и современности, выяснить сумму квалифицированных мнений на данный предмет, мы организовали "круглый стол", за который усадили носителей и знатоков культуры как традиционного, так и "нового" шаманизма.
Разговор велся через Интернет, в режиме реального времени, и на несколько часов соединил Ригу с североамериканским штатом Аризона и Британской Колумбией, что на северо-западе Канады. Из-за значительной разницы в часовых поясах лингвист и этнограф Алексей Бурыкин из Санкт-Петербурга не смог присоединиться к беседе напрямую, но прокомментировал ее опосредованно, используя материалы своей работы "Феномен шаманства и религиозные системы (мировоззренческая основа, социальные аспекты, медицинская практика шаманства)", выступив, таким образом, в качестве независимого эксперта. Итак, представляем гостей нашего "круглого стола":
Амари Магдалена,
нагваль, получившая духовное посвящение как мастер намерения от прямого наследника толтекской традиции нагвалей дона Мигеля Анхеля Руиса.
Основатель и директор Института шаманского синтеза, работает над степенью доктора медицины.
Тусон, Аризона, США.

Гваанс (Беверли Клифтон Персиваль), индианка народности гитксан, сигидем-ханак, куратор Исторического поселения и музея 'Ксан. Бакалавр антропологии и социологии. Хейзлтон, Британская Колумбия, Канада.

Алексей Бурыкин,
лингвист, этнограф, старший научный сотрудник отдела алтайских языков Института лингвистических исследований РАН, изучает языки и культуру народов российского Крайнего Севера с 1977 года. Кандидат филологических наук, работает над докторской диссертацией. Санкт-Петербург, Россия.

Вопросы задавал
Амир Ваддах аль-Амири, филолог и публицист. Рига, Латвия.


2. Кипрей, кактус сагуаро и болдерайский чертополох как три разногибкие модели единого мира.

Здравствуйте, Амари, здравствуйте, Гваанс, сегодня мы, как и договаривались, обсудим несколько вопросов, касающихся современного шаманизма.
Амари Магдалена: Привет, Амир. С удовольствием отвечу на ваши вопросы, тем более при наличии у меня среди прочего русских и монгольских корней - вдвойне буду счастлива оказаться вам полезной!

Гваанс: Постараюсь ответить на все вопросы как можно точнее.
Давайте двигаться от общего к частному: что вы скажете о возросшем во всем мире интересе к шаманизму за последние 15-20 лет? Почему, на ваш взгляд, привычные религии и наука не удовлетворяют духовным потребностям современного человека?

Амари Магдалена: Очень просто. Это связано с генетической памятью о естественной гармонии внутреннего и внешнего мира. И последние 15-20 лет люди - осознанно или интуитивно - пытаются заново воссоединить эти миры.
Большинство исповедуемых ими традиционных религий в их сегодняшней форме оказываются неспособными обеспечить духовное руководство, или, другими словами, духовную связь внешнего и внутреннего. Дело в том, что устоявшиеся религиозные представления в определенный исторический момент вошли в конфликт с технологическим прогрессом, что вызвало, скажем так, некоторое головокружение, создало ощущение хаоса.
Множество "организованных на небесах" религий, возникших за последние тысячелетия, на мой взгляд, грешат чрезмерно умственным подходом к объяснению тайн Вселенной. Как, впрочем, и наука. Шаманизм же - как "заземленная" духовная практика - привлекает тех, кто ищет возможность обрести реальный духовный опыт, помогая людям выстроить мост между относительностью и абсолютом, что, собственно, и есть связь Земли и Неба.
Священников, представляющих основные мировые вероисповедания, в какой-то степени можно считать "шаманами Западной культуры". С другой стороны, шаманизм (или духовность на основе земли, earth-based spirituality) в практическом смысле ни в чем не противоречит догмам и ритуалам главных религий. Отличие в том, что первый помогает человеку обрести умение смещать акцент с левого, рационального полушария мозга на правое, творчески-эмоциональное...

...что как-то слабо увязывается с европейскими представлениями о тотальной американской прагматичности...

Амари Магдалена: Ну, если хотите, могу и так сказать: когда расходы перестают соответствовать доходам, человеку следует внимательнее относиться к своим тратам. Раньше или позже, но пробуждение все равно наступит. Лучше, по-моему, раньше. И если наложить этот образ на интересующую нас тему, я верю, что шаманизм способствует пробуждению человека. Простота духовной практики на основе земли - это и воззвание к тем, чьим высшим богом является накопление материальных благ. Как говорится в Библии, ничто не ново под солнцем. Рано или поздно все "старые" истины оказываются "новыми", и мы перерабатываем их в некий синтез, стремясь к совершенствованию нашего опыта.

Гваанс, вы согласны с мнением Амари?

Гваанс: Да, на мой взгляд, в возросшем интересе к шаманизму нет ничего странного. Если люди с большим энтузиазмом начинают исследовать идеи, которые лежат вне царства Западных концепций, значит, существует необходимость в более могущественной вере, помогающей преодолевать многочисленные вызовы повседневности. Если наука и текущие религиозные философии в полной мере не отвечают человеческим запросам, нет ничего удивительного в том, что люди ищут смысл и понимание происходящего или внутри себя - как индивидуумы, или коллективно - как культуры.

Алексей Бурыкин: Давайте немного изменим угол зрения на заданную тему. Нельзя не заметить, что современная реальность отделила друг от друга этнографическую атрибутику шаманства и его социально-психологические проявления. То есть шаманство утрачивает этническую специфику, и сходные эффекты воздействия на сознание и физическое состояние становятся достижимыми при помощи иных, более современных средств, способных заместить бубен и погремушки. Для сознания современного человека шаманство привлекательно, с одной стороны, возможностью проявить свою духовную сущность и выделиться из среды окружающих людей. Эта возможность прекрасно сохраняется и в современном социуме, проявляясь точно так же, как и в традиционных культурах. С другой стороны, и это значительно более ценно, - шаманство привлекает тем, что оно уравнивает духовные возможности людей и снимает иерархические различия в социальном статусе, от которых устают современные люди в повседневной жизни.

Непонятно. Сначала вы говорите, что шаманство выделяет индивидуума из среды ему подобных, и тут же оговариваете, что социальные различия стираются. И потом - каким образом шаманизм как система вовсе обходится без иерархической вертикали, все-таки между верховным божеством и человеком хватает промежуточных звеньев? Вообще бывает ли так в шаманской традиции, что человек апеллирует непосредственно к Создателю?

Алексей Бурыкин: В первом случае подразумевались отношения человека и общества, во-втором - собственно шаманизм. Ведь шаманизм сам по себе не является какой-либо отдельной религией. Считается, что религиозное мировоззрение, на котором он основывается, - это анимизм, или вера в духов-хозяев природных стихий и окружающих предметов. Все, что происходит вокруг, - деятельность этих вот духов. Именно они служат объектом почитания у анимистов: считается, что верховное божество, Бог-творец, не вмешивается в жизнь людей, а потому он не вызывает страха и не является объектом почитания. Общение же с духами-хозяевами - личное дело каждого человека, в анимизме профессиональные служители культа отсутствуют вообще. Анимизм как религия отличается от других религий еще и тем, что не создает условий для имущественного расслоения или наделения определенных социальных групп дополнительными властными полномочиями. Не будет преувеличением сказать, что анимизм - это самая демократическая из религиозных систем, которая могла бы составить эффективный противовес разного рода тоталитарным религиозным и околорелигиозным учениям, в которых главное - это изменение социальной структуры общества и воздействие на индивида со стороны общества или какой-то микросоциальной группы.

Гваанс, вам вопрос: так ли это у гитксан? Заодно было бы любопытно узнать, насколько сегодня модернизировалась шаманская практика вашего народа относительно древних традиций?

Гваанс: В мировоззрении народа гитксан всякая вещь одушевлена, имеет свой дух, даже если другие так не считают. Мы должны одинаково уважать все вещи и жить в равновесии с окружающей нас средой. Чтобы помочь вернуть этот баланс тем, кто его утерял, существуют халаиты - люди, обученные врачеванию (halayt-dim-swannasxw переводится как "гитксанский доктор"). Халаиты - избранные люди, ими становятся только те, кто обладает рядом специфических качеств, вроде способности оказывать существенное психологическое воздействие на людей при помощи обрядов, ритуалов, песен и - иногда - природных лекарственных средств. Халаиты способны помочь другим исцелиться от различных болезней, используя положительные энергии.
Практика не была "модернизирована" (если вы хотите употреблять этот термин) концептуально, но некоторые новшества, конечно, есть. Использование капсул для дозировки традиционных лекарственных сборов, внедрение в гитксанский целительный процесс иных видов духовных терапий. Но вообще-то не так уж и много сюда внедрено технологии или технических новшеств.

Теперь вы, Амари. Расскажите, пожалуйста, немного подробнее о принципах этой вашей духовной практики на основе земли. И, кстати, что вас привело к ней?

Амари Магдалена: Как и у многих американцев, мое родовые корни питаются соками стольких культур (во мне смешалась русская, польская, сербская, турецкая, монгольская, шотландская, ирландская, английская кровь), что среди всего этого разнообразия мне было сложно найти некую единую веру, которая удовлетворила бы всем аспектам моего наследия. Получилось так, что в тот момент, когда я подошла к открытию шаманизма, во мне уже были запечатлены опыт и знания множества традиций. Более того, я видела взаимосвязи этих традиций, нити, которые в итоге сплелись в шаманский круг, если можно так выразиться. И вот в нем я увидела потенциал - как для своего развития, так и для исцеления других людей. То, что я тогда обнаружила и преподаю сейчас - это учение о взаимосплетении нитей, включающее в себя обряды и ритуалы, психоэнергетическое развитие, средства очищения, тотемы и магическую поддержку, путешествия (или полеты вне тела), методы восстановления утраченной энергии. Дополнительно к этому я обычно помогаю развитию внутренних щитов личности, чтобы в дальнейшем человек сам себя исцелял. Я учу этому Внутреннему Единству как части понимания целого.
Таким образом, моя работа - это синтез того, что я из себя представляю, что я
знаю, куда направляю информацию, и терапевтических методов достижения
внутреннего мира и внешнего счастья. Обряд здесь - ключ к жизни, рассмотренной
в перспективе шаманизма. Именно во время обряда мы сливаемся со стихиями Неба
и Земли в единый, общий разум. Так что моя работа - ткать эти нити в шаманском круге.

А ваш труд, Гваанс, в чем его суть? Поведайте и вы в нескольких словах о себе.

Гваанс: Мое гитксанское имя - Гваанс, я из клана Гиск'ааст (gisk'aast - кипрей) и древнего поселения Гитсегукла. Я горжусь своей принадлежностью к гитксанам, тем, что по материнской линии происхожу от сильных женщин, и я верю, что мировоззрение моего народа позволит нам не только выжить, но и расцвести вопреки любым обстоятельствам. Кипрей - живучее растение, самое первое, что вырастает на выжженной после лесного пожара земле. Мое английское имя - Беверли Клифтон Персиваль, я куратор музея, хранитель собрания экспонатов здесь, в 'Ксан. Степень бакалавра антропологии и социологии позволяет мне преподавать ряд университетских курсов в колледже местной общины в течение последних 10 лет. Я думаю, это важно - делиться знанием с другими ради будущего нашей культуры. Я ответственна за это как сигидем-ханак (женщина-руководитель) и делаю это со смирением и благодарностью.

Амари, возвращаясь к разговору о шаманском круге - какое качество шамана вы назвали бы самым главным, с чем (или с кем) человек должен прийти к соглашению, чтобы сделаться шаманом, войти в этот круг?

Амари Магдалена: С огнем, разумеется. Согласно словарю Уэбстера, слово "шаман" пришло из языка тунгусов, из Восточной Сибири, с той территории, где шаманизм наиболее очевиден и откуда он, вероятно, происходит. В переводе "шаман" означает "согревать", "гореть", "работать с огнем". Главное, что характеризует шамана, - это власть над энергией и огнем как посредником для преобразований.
У племенных народов шаманы были целителями, хранителями истории племени, передаваемой в устной традиции, и "Путешествующими Между Ветрами". Последний термин относится к способности шамана отправить свой дух в путешествие с предками между ветрами. Для этого шаман должен отыскать взглядом край реальности, разглядеть ту тропинку между пространствами, на которой духи предков, уходя, оставили следы во времени.
Огонь же - это посредник для трансформации. Когда мы сливаемся со стихией огня, мы начинаем понимать разумность жизни со всеми ее циклами, сезонами и кажущимися капризами. Стать властелином огня означает стать хозяином самого себя. Мы и есть огонь. Наше базовое тело "ци" (или энергия метаболизма) - это такое топливо, которое позволяет нам пользоваться нашей жизнью, дает нам жизненную силу, энергию, бесстрашие. Мы встаем лицом к лицу со своими наихудшими страхами, проникаем в них и побеждаем. Так что огонь - это самое важное в шамане.
В моей собственной работе я использую Огненный Ритуал для инициации учеников и обряд Очищения Огнем (из практики курандерас) - для пробуждения, изменения, продвижения и исцеления. Огонь становится "Да-Я-Могу"-топливом для поворота жизни к бесконечному благу.

Теперь давайте вот о чем порассуждаем: ваша позиция тождественна мистическому шаманизму в интерпретации Харнера и Кастанеды, чьи книги издаются миллионными тиражами. Практика т. н. толтекского шаманизма таким образом объявляется как бы общедоступной, экзотерической, и даже если основоположник жанра Кастанеда постепенно, от книги к книге, уводит читателя от этой идеи, то Харнер, беспрестанно ссылающийся на труды Кастанеды, наоборот, создает "практическое руководство по обретению силы", так сказать, самоучитель шаманизма - свою знаменитую книгу "Путь шамана", переведенную в том числе и на русский. Но разве можно выучиться шаманизму по книжкам, разве может стать шаманом любой желающий? Речь даже не об игнорировании обязательного почти в любой шаманской традиции посвящения ученика учителем и уж тем более не о теории многопоколенного отбора людей с особым складом психики, т. н. теории прирожденных шаманов, которую поддерживает ряд видных мировых специалистов-антропологов, в частности, российский исследователь с полувековым стажем Севьян Вайнштейн. Если сегодня все настолько изменилось, то каков взгляд сегодняшних шаманов - или людей, называющих себя таковыми, - на шаманов прежних, живших в родовых коллективах? Чем те, прежние шаманы отличны от сегодняшних?

Амари Магдалена: В древние времена шаманы были интегрированы в племя. То есть каждый член племени нес свою определенную функцию: вклад в создание здорового взаимозависимого целого. Мы, современные люди, в племенах уже не живем, или же наши племена настолько разрослись, что наш индивидуальный вклад фрагментарен, не столь явно подтвержден. Ввиду этого наше время-без-роду-и-племени требует, чтобы мы в некоторой степени становились шаманами сами для себя. Эта точка зрения никоим образом не отрицает важности "старых" шаманов, просто так оно есть на сегодняшний день.
Может ли кто-либо сделаться шаманом посредством чтения книг? И да, и нет. В древней традиции шаман действительно назначался таковым через ученичество, получал мистический опыт, переводя его затем в специфическую силу. Или же потенциального шамана распознавали сразу после появления на свет - если процесс родов был каким-то необычным или младенец рождался с особыми отметками (родинками или другими знаками) на теле. Конечно, даже если сейчас такое и происходит, то уж точно не в Америке.
Поскольку вы знакомы как с теорией генетического отбора, так и с работами Кастанеды, вам нетрудно понять, что человек, не предрасположенный к шаманству, вряд ли ни с того ни с сего начнет осваивать работы Кастанеды и Харнера.
Скорее всего, он даже не заинтересуется ими, поскольку у него иная функция в "племени". А тот, кого притягивает шаманство, возможно, был шаманом в своих прошлых жизнях. В таком человеке книги пробуждают спящего шамана, выступают как толчок, призыв к действию. И у него нет потребности в прямом получении силы от находящегося рядом учителя. Других чтение притягивает потому, что их жизнь не работает по-настоящему. В этом случае, я думаю, личный контакт с шаманом все-таки важен. Третьи приходят к пробуждению через серьезную травму или пройдя через опыт близкой смерти, заглянув ей в лицо.
Лично я прошла через все эти три стадии. Я была шаманом в своих прошлых жизнях. В 1987 году жизнь вокруг меня рухнула, я испытывала одни только неудачи и разочарования. В итоге я пережила опыт близкой смерти. Все три стадии подвели меня к моему пути. И как только я ступила на него и сдалась, я тут же увидела, что, оказывается, всю свою жизнь готовилась к этому. Мои многолетние духовные поиски оказались завершены, когда я вновь вступила в свой круг жизни.
Одна из причин, по которой человек, работающий над собой, может нуждаться в поддержке шамана - это проницательность последнего. Бывает так, что, встав перед необходимостью выбрать путь, человек выбирает путь колдовства, властвования над другими. Истинный же путь шаманизма - путь Любви, "самополномочия". Уже одна только эта причина делает разумной идею иметь на пути проводника, того, кто поможет направить энергию к высшему добру.
Харнер и Кастанеда представляют две стороны одной монеты. Интерпретация
Харнера - более умственная, этнологическая. Кастанеда скорее склонен к мистике, к манифестированию могущества магов. Но оба они служат тому, чтобы по крайней мере пробудить интерес к древним знаниям, так что хотя бы в этом их заслуга неоспорима.

Гваанс: Нельзя "выучиться на шамана" при помощи книг, шаманство - это могучий навык вхождения в царство духов, умение быть посредником между человеком и силами, куда более великими, чем ты сам. Работы Карлоса Кастанеды, как известно, являются фальсификацией традиций тех народов, которые он подразумевает представлять, а в более широком смысле в этом заключена печальная действительность для коренных народов - в том, что над нами слишком много так называемых экспертов, которые изучают нас, рассуждают о нас. Лишь совсем недавно мы получили право высказывать нашу собственную точку зрения, однако чаще всего все равно под пристальным надзором "экспертов". Старейшины поддерживают эту практику, и потому данная привилегия - высказывать свое мнение - не так уж легко входит в обиход. С другой стороны, о многом из того, что у нас делается, не принято говорить открыто, и если ты нуждаешься в какой-либо помощи, ты не будешь обсуждать процесс со всеми подряд, потому что все это глубоко лично, индивидуально.


Тэги: Шаманизм
Скачать книгу: Путем Огня, или Разговор с нагвалем [0.03 МБ]