Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

жертвой, поскольку язык укрепляет его веру в то, что редуцированное знание
является единственным знанием, и сбивает с толку его чувство реальности,
так что он чересчур склонен принимать понятия за данность, а слова - за
действительные вещи. То, что на языке религии называется "сим миром", есть
вселенная редуцированного знания, выраженного и, так сказать, пораженного
языком. Различные "иные миры", с которыми человеческие существа по ошибке
вступают в соприкосновение, являются многочисленными элементами в
совокупности знания, принадлежащего Всемирному Разуму, Большинство людей
большую часть времени знают только то, что проходит через редукционный
клапан и освящено в качестве поистине реального родным языком. Однако
некоторые люди, по-видимому, рождаются со своего рода байпасом, обходящим
редукционный клапан, Другими же, временные байпасы могут приобретаться или
спонтанно, или в результате обдуманных "духовных упражнений", или
посредством гипноза, или с помощью наркотиков. Через эти постоянные или
временные байпасы на самом деле течет не восприятие "всего, происходящего
повсюду во вселенной" (ибо байпас не упраздняет редукционный клапан,
по-прежнему исключающий совокупное содержание Всемирного Разума), но нечто
большее, и, кроме того, нечто совсем другое, чем осторожно отобранный
утилитарный материал, который наш суженный индивидуальный разум считает
полной или, по крайней мере, достаточной картиной реальности.
Мозг снабжен большим количеством ферментных систем, служащих для
координации .его работы. Некоторые из этих ферментов регулируют подачу к
клеткам головного мозга глюкозы. Мескалин сдерживает производство этих
ферментов и, таким образом, снижает количество глюкозы, поступающее к
органу, которому постоянно необходим сахар. Что происходит, когда мескалин
уменьшает нормальный сахарный рацион? Было проведено слишком мало
наблюдений, чтобы дать исчерпывающий ответ. Но происходящее с большинством
из тех немногих, кто принимал мескалин под наблюдением, можно подытожить
следующим образом.
Способность вспоминать и "думать правильно" снижается не намного, если
вообще снижается, (Прослушивая записи своих разговоров, которые я вел,
находясь под воздействием наркотика, я не мог обнаружить, что был тогда
глупее, чем обычно.)
Зрительные впечатления значительно усиливаются, и глаз вновь обретает
детскую невинность восприятия, когда ощущение не автоматически и
напрямую подчинено понятию. Интерес к пространству уменьшается, а
интерес ко времени падает практически до нуля.
Хотя интеллект остается неповрежденным, а восприятие колоссально
улучшается, воля переживает глубокую перемену к худшему. Принявший
мескалин, в частности, не видит причины чем-либо заниматься и находит
большинство дел, ради которых он обычно готов действовать и страдать,
глубоко неинтересными, Они не могут его побеспокоить по той простой
причине, что он думает о вещах получше.
Эти "вещи получше" могут переживаться (как их переживал я) "вовне",
"внутри" или в обоих мирах, внутреннем и внешнем, одновременно или
последовательно. То, что они лучше, кажется всем, принимавшим мескалин,
у кого здоровы печень и мозг,
Такое воздействие мескалина является воздействием, которого можно
было ожидать после принятия сильного наркотика, нарушающего эффективность
церебрального редукционного клапана. Когда в мозгу кончается сахар,
недокормленное эго ослабевает, его не беспокоит выполнение необходимой
работы, и оно теряет всякий интерес к тем пространственным и временным
соотношениям, которые значат так много для организма, склонного
преуспевать в этом мире. Когда Всемирный Разум просачивается мимо уже
далеко не герметичного клапана, начинают происходить всевозможные
биологически бесполезные вещи. В некоторых случаях это может быть
экстрасенсорное восприятие. Другие люди обнаруживают мир фантастической
красоты. Для других, опять-таки, открывается великолепие, бесконечная
ценность и глубокий смысл обнаженного бытия данного,
неконцептуализированного события. На последней стадии безъэговости
появляется "смутное знание", что Все во всем- что, на самом деле, Все есть
каждое. Как я понимаю, лишь на таком уровне может конечный разум
приблизиться когда-либо к "восприятию всего происходящего повсюду во
вселенной".
Насколько значимо, в таком контексте, громадное повышение под
воздействием мескалина восприятия цвета! Для некоторых .животных
биологически очень важно быть способными различать определенные оттенки.
Но за границами своего утилитарного спектра большинство существ -
полнейшие дальтоники. Например, пчелы проводят большую часть времени,
"лишая невинности неопытных весенних девственниц", но, как показал фон
Фриш, они распознают очень мало цветов. Высокоразвитое цветовое ощущение у
человека является биологической роскошью - бесценной для него как
интеллектуального и духовного существа, но не особо необходимой для
выживания в качестве животного, Рассматривая прилагательные, которые Гомер
вкладывает в уста героев Троянской войны, видно, что те едва ли
превосходили пчел в способности различать цвета. По крайней мере, в этом
отношении прогресс человечества изумителен.
Мескалин доводит все цвета до высочайшей силы и делает
воспринимающего способным различать несметное множество тончайших
оттенков, которых обычно он не в состоянии различать.
По-видимому, для Всемирного Разума так называемые вторичные
характеристики вещей являются первичными. В отличие от Локка,
воспринимающий, очевидно, чувствует, что цвета более важны и заслуживают
большего внимания, нежели массы, местоположения и измерения. Как и
находившиеся под воздействием мескалина, многие мистики воспринимают
сверхъестественно сверкающие цвета не только духовным оком, но даже и в
объективном, окружающем их мире. Сходные сообщения сделаны медиумами и
сензитивами. Существуют некоторые медиумы, для которых мимолетное
откровение человека, принявшего мескалин, является, причем в течение
долгих промежутков времени, вопросом ежедневного и ежечасного опыта.
От этого длинного, но необходимого экскурса в царство теории мы можем
теперь вернуться к удивительным фактам - к четырем бамбуковым ножкам стула
посреди комнаты. Как и нарциссы Вордсворта, они привнесли редкое богатство
- бесценный дар нового, непосредственного прозрения в самое Природу Вещей
вместе с более скромным сокровищем понимания-особенно в сфере изящных
искусств,
Роза есть роза есть роза*. Но ножки этого стула были архангелом
Михаилом и всеми ангелами, Спустя четыре или пять часов после данного
события, когда эффект церебральной сахарной недостаточности смягчился,
меня повезли на небольшую прогулку по городу, которая включала в себя (это