Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

В духовной культуре древней Месопотамии сосуществовали элементы магии и
религии. Магия и религия — две формы диалога между человеком и миром. Магия —
желание непосредственно воздействовать на внешние силы природы, склоняя их к милости и
благоволению. Религия — ожидание милости от внешних сил без желания насильственно
склонить их в свою пользу. Мироощущение мага отличается от мироощущения религиозных
людей, во-первых, тем, что маг смотрит на силу природы как на нечто равное себе и не
сомневается в том, что одолеет ее; религиозный же человек смотрит на ту же силу снизу
вверх, признает свое ничтожество и ее могущество и ждет от нее милости. Во-вторых, маг
использует для покорения сил природы те же средства, которые используются в отношениях
между людьми (кормление, словесное убеждение, внушение, созидание-разрушение образа);
религиозный человек понимает всю ничтожность человеческих средств в диалоге с высшими
силами, поэтому он переходит на принципиально иной язык — язык молитвы. В-третьих,
маг не принимает идею мирового порядка, поскольку его действие однократно, а намерение
эгоистично; религиозный человек принимает порядок, довлеющий ему, и стремится
растворить в нем свою жизнь, став частью мирового порядка и подтверждением мирового
закона. Он служит порядку потому, что молитва его постоянна и непрерывна, а намерение
благочестиво. Можно сказать, что мир в ощущении мага состоит из дискретных сущностей,
каждая из которых может быть умело отделена от других, выделена сознанием и
использована сама по себе, вне своих естественных связей. Напротив, мир религиозного
человека отличается непрерывностью пространственных и бесконечностью временных
отношений, поскольку человек оставляет за собой возможность многого не знать и
точного представления о целом не иметь. В Месопотамии границы между одним и другим
чрезвычайно зыбки, и магическое сознание редко встречается в чистом виде, вне
религиозных упований на милость богов, а религиозное просто невозможно без примеси
магии. Следовательно, в строгом определении можно говорить о магико-религиозных
представлениях вавилоно-ассирийской культуры. И в данном случае из этих синтетических
магико-религиозных представлений нужно вычленить элементы собственно магии. А это
несложно, потому что магическое занимает здесь почти все культурное пространство.
Сфера магического в вавилоно-ассирийской культуре изучается не сама по себе, а в
отраженном текстами виде. Изображений, связанных с магией, дошло гораздо меньше, чем
текстов, а тексты сами нуждаются в классификации, поэтому магия, изучаемая через тексты,
предстает множеством отражений в самых удаленных и разнообразных по форме зеркалах.
Магические обряды и формулы сохранились в эпосе, гимнах, царских надписях, заговорах,
молитвах, записях ритуалов, в гадательной и астрологической литературе. Магия и ритуал,
магия и миф, магия и культ, магия и текст, магия и медицина — все это отдельные большие
проблемы, столкнувшись с которыми, думаешь: а что же не есть магия в месопотамской
культуре? Ни одно строительное, агрохозяйственное, ремесленное предприятие нельзя
представить себе вне магического действа, не говоря уже о дворцовой жизни и военных
походах, где ритуалы, гадания, толкования снов составляли едва ли не половину всего дела.
Получается, что вавилоно-ассирийская магия практически тождественна вавилоно-
ассирийской культуре, что вне магии в сплаве с элементами религии этой культуры не
существует вообще. Это означает, что наша тема приобретает философско-
культурологический масштаб, переводя аспект культуры в ее важнейшую характерную
черту.
Итак, месопотамская культура по преимуществу магична. В этом она не одинока, все
культуры ранней древности — и египетская, и шумерская, и хеттская отличаются желанием
больше воздействовать на природу, чем подчиняться ей. Причина понятна: древний человек,
обустраиваясь на необжитой земле, находился в постоянном противодействии силам
природы, враждовал с ними, хотел их усмирить, покорить и приспособить к своим нуждам.
Но магичность разных культур имеет различную направленность и, кроме того, различную
степень сплавленности с религиозным началом. Если говорить о древнем Ближнем Востоке,
то, пожалуй, самое большое число ритуально-магических текстов дошло от хеттов, причем в
их культуре ритуал и магия прочно связаны с культом царя. Религиозного в хеттских текстах
совсем немного, поскольку сильно упование народа на могущественную светскую власть, и
нет нужды унижаться перед силами внешнего мираа. (а Хеттского царя сравнивали с Солнцем и называли
великим, но при этом он не был обожествлен. Только у хеттов уделяется такое значение царским семейным ритуалам, только у них на
древнем Ближнем Востоке члены царской семьи произносят свои особые заговоры и молитвы, причем покровительницей этой семьи
является само солнечное божество Аринна. Можно, конечно, приписать эту солнечность хеттского царя египетскому влиянию. Но скорее
всего, хетты самостоятельны в своем культе царя, сочетающем светскость монаршего абсолютизма и божественность происхождения
царской семьи. Подробнее см.: Герни О. Р. Хетты. М., 1987. С. 59-62.) Стало быть, хеттская магия может быть
охарактеризована как магия потестарная, или магия власти. Египетские тексты уже с конца
Старого царства дают примеры благоговения и унижения перед силами природы (например,
мотив суда и взвешивания сердца, впервые встречающийся в Текстах
саркофагов),религиозное начало нарастает на протяжении всей дальнейшей египетской
истории, обретая свое воплощение в Книге мертвых. Однако страшного Осирисова суда
легко можно избегнуть, магически закляв по той же книге свое сердце, чтобы оно не
свидетельствовало против тебя в суде. Египетская магия развивается от культа царя-бога к
культу человека-мага (таков герметизм) и имеет сильный антропологический акцепта.
(а Тураев Б. А. Бог Тот. Исследования в области древнеегипетской религии. Лейпциг, 1898.) Что же касается магии
месопотамской, то при всей ее формальной связи с царской властью и человеческими
нуждами мы постоянно видим ее обращенность к Небу и сфере внешних знаков — от
«знамений» (симптомов) болезни до небесных знамений (звезд, планет, светил, комет и их
соотношений), читаемых тем же способом, что и составные логограммы клинописи (когда
понятие, собранное из нескольких знаков, читается и понимается иначе, чем эти знаки в
отдельности). Царь и человек в Месопотамии гораздо глупее и меньше первичного мира
природы, поэтому его достоинство мага — умение воздействовать, прислушиваясь к
мировому порядку и вчитываясь в него. То есть, это магия по преимуществу
герменевтическая, магия знаков и примет, связанная с астральной направленностью шумеро-
вавилонского мироощущенияа". (а Оппенхейм А. Лео. Древняя Месопотамия. Портрет погибшей цивилизации. М., 1990. С.
136-181; Reiner E. Astral Magic in Ancient Babylonia. Philadelphia, 1995.) Здесь все читается и все имеет смысл.
Говоря словами современной науки семиотики, вавилоно-ассирийская магия основана на
интерпретации естественных знаков природы, созданных без участия человека. Маг
расшифровывает посланную ему информацию и после этого определяет наиболее
действенные средства влияния на данный участок мироздания. Однако в некоторых случаях
он чувствует свое бессилие и смиренно молится, призывая милосердие.божье.
Значит, говоря о вавилоно-ассирийской магии, мы будем иметь в виду магические
элементы магико-религиозных текстов, в различной степени отражающих основную
тенденцию вавилонского магического императива — воздействовать на силы природы,
предварительно прочитав ее знаки наверху и внизу.

III

Определившись с предметом, необходимо далее определиться с самим термином, от
которого образуется название предмета. Слово «маг» пришло в древнегреческий и другие
европейские языки из древнеиран-ского языка зороастрийцев, на котором создана священная
книга древних персов Авеста. В древнем Иране магами называли своих и мидийских жрецов.
Греки эпохи афинского полиса стали именовать этим словом самих зороастрийцев, а в
позднеантичной культуре слово «маг» потеряло свой этноконфессиональный оттенок и стало
обозначать любого жреца, астролога и колдуна негреческого происхождения. В частности, в
Евангелии от Матфея о рождении Христа узнают по звездам именно «маги» (в русском