Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!



Добавить в избранное



ЧЕРНАЯ ХРОНИКА АРДЫ (Black Silmarillion)



ВЕСНА АРДЫ





Мелькор еще не восстановил силы после борьбы с Единым и Валар. За
гранью мира ныне пребывал он, и на время Валар получили власть над
Ардой.
И была ночь, но они не увидели ни Луны, ни звезд.
И был день, но они не увидели Солнца.
Казалось им -- темнота окружает их; ибо до времени волей Единого
были удержаны глаза их.
Тогда-то Ауле, великий Кузнец, создал то, что назвали Валар
Столпами Света. Золотые чаши поместили на них, и Не-Тьмой
наполнила их Варда, и Манве благословил их. И поместили Валар
Столпы Света: Иллуин -- на севере и Ормал -- на юге. Созданные из
Пустоты и Не-Тьмы, в скорлупу Пустоты замкнули они частицу Эа --
Арду.
В то время дали ростки все те семена, что посадила в Средиземьи
Вала Йаванна, и поднялось множество растений, великих и малых: мхи
и лишайники, и травы, и огромные папоротники, и деревья -- словно
живые горы, чьи вершины достигали облаков, чье подножие окутывал
зеленый сумрак; и яркие сочные цветы -- сладким тягучим соком
напоены были их мясистые лепестки.
И явились звери, и бродили они по долинам, заросшим травами, и
населили реки и озера, и сумрак лесов.
И нигде не было такого множества растений и цветения столь
бурного, как в землях, находившихся там, где встречался и смешивался
свет Великих Светильников. И там, на острове Алмарен, что в Великом
Озере, была первая обитель Валар -- в те времена, когдамир был юным,
и молодая зелень еще была отрадой для глаз творцов. И долгое время
были весьма довольны они.
Радостно было Валар видеть плоды трудов своих; и назвали они время
это -- Весной Арды; и, дабы ничто не нарушило течения ее, не в силах
повелевать пламенем Арды, попытались они усмирить его и под землей
заключили его.
Но открыли Валар путь в Арду тварям из Пустоты; и те поселились в
непроходимых лесных чащах и в глубоких пещерах. Временами
покидали они свои убежища, и в ужасе бежали от них звери. И увядали
растения там, где проходили они -- как клубится ползучий серый туман.
Так Пустота вошла в мир.
...Он задыхался; каждый вздох причинял ему боль -- острые мелкие


горячие иглы кололи легкие изнутри. На лбу и висках его бисеринками
выступил пот. Ему казалось -- он дышит раскаленным, душным,
влажным сладковатым туманом... Что это? Незачем было спрашивать.
Он знал:
Арда. Жизнь Арды была его жизнью, боль Арды -- его болью.
Он должен был помочь.
Он снова вступил в Арду. Это было нелегко: словно какая-то упругая -
- пружинящая невидимая стена не пускала его; словно огромная ладонь
упиралась ему в грудь, отталкивала настойчиво и тяжело. Он с трудом
преодолел сопротивление.
И страшен был мир, встретивший его, ибо мир умирал; но даже в
мучительной агонии своей был он прекрасен.
Вечный неизменный день пробудил к жизни семена и споры тысяч и
тысяч растений.Огромные деревья тянулись к раскаленному куполу
неба, и поднимались травы в человеческий рост на холмах. Но в лесах
плющи и вьюны медленно упорно ползли вверх, впиваясь в бугристую
шершавую кору, и ни один луч света не пробивался сквозь тяжелую
листву. И под сенью исполинских деревьев кустарники, травы и побеги
душили друг друга, рождались и умирали, едва успев расцвести. В
душном жарком воздухе умершие травы, увядшие цветы, опавшие
листья быстро начинали гнить, и запах тления смешивался с запахом
раскрывающихся цветов. Пыльца -- золотистое марево -- была повсюду;
все было покрыто ее мягким теплым налетом, и медовый приторный
привкус не сходил с языка, и губы были липкими и сладкими, и от
густого тяжелого аромата цветов кружилась голова. Влажный теплый
воздух наполнял легкие, как вязкая студенистая масса. Растения давили
и пожирали друг друга, и в агонии распада цеплялись за жизнь; и
хищные плющи высасывали жизнь из деревьев, и деревья упорно
тянулись вверх, стремясь опередить друг друга...
Симметричный мир, где царит вечная Не-Тьма. Симметричный мир,
где нет ни гор, ни впадин. Здесь некуда течь рекам, и озера становятся
болотами, затянутыми тиной и ряской, и буйным цветом цветут они, и в
них копошатся странные скользкие мелкие твари, и густой золото-
зеленый туман ползет с болот, стелется по земле: удушливый запах
гниения и густой, почти физически ощутимый аромат болотных трав...
И здесь рождаются безумные хищные растения -- росянки; усыпанные
золотистыми бриллиантами сладких манящих капель...
Растения сплетаются, движутся, ползут, стискивают друг друга в
смертных объятиях; и в сумеречных чащах темные мхи разъедают
стволы деревьев, как проказа; и пятна ядовито-желтой плесени на их
скрюченных корнях похожи на золотые язвы, и деревья гниют заживо,
становясь пищей для других, и животные сходят с ума...
Такой была Весна Арды.
Такой увидел Арду Мелькор.
Он стиснул виски руками.
Мир кричал: первый крик новорожденного переходил в яростный
вопль -- и в предсмертный хрип. Арда глухо стонала от боли, словно
женщина, что не может разрешиться от бремени; огонь, ее жизнь, жег ее
изнутри -- не вырваться.
Крик пульсировал в его мозгу в такт биению крови в висках, не
умолкая, не умолкая, не умолкая ни на минуту.