Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

– И поторопись, купец. Солнце мертвых уже взошло.
Тот хотел переспросить, но споткнувшись взглядом о пятно лунного света, косо падающее из маленького оконца, лишь часточасто закивал и опрометью выбежал в дверь.

Шли недолго. Миновали квартал лавок и подошли к огромным воротам, запертым по случаю ночного времени. Купец, дотоле несший свою дочь, передал ее ярлу, а сам принялся шептаться со стражниками у караулки, в конце концов подкрепив свои слова ласкающим слух позвякиванием. Одна створка ворот тут же приотворилась на пару шагов, и компания вышла в ночь.
– Повезло, – коротышка уже запыхался со своей ношей, – кум мой сегодня дежурит. А то могли б и не открыть – на днях орочий дозор видели.
Лошадиный выгон и впрямь оказался ровным и вытоптанным до звона. При свете луны ярл немедленно начал доставать из сумки какието предметы и травы, добавлять к ним дурнопахнущее зелье из аптеки и расставлять вроде как по кругу.
Айне уселась на выдолбленную колоду, из которой раньше, наверное, поили лошадей, и предоставила отдых своим гудящим ногам. Какоето ощущение нереальности всего происходящего не покинуло ее до сих пор. Наверное, слишком много произошло за последнее время с ней, просто голова кругом. Спасение в пустыне, происшествие со стражниками, чудесный лук. А что далее будет, так вообще жуть берет.
Ярл тем временем стал поправлять предметы, при этом чтото бормоча. Почти сразу обозначились линии диковинной семилучевой звезды, только какойто странной. Айне, нахмурив брови, пыталась сообразить, что же ей показалось не так.
«Да у нее же одна сторона вывернутая!» – только успела догадаться девушка, как звезда полыхнула тусклобагровым светом, отчего в голове поднялся протяжный то ли звон, то ли вой, да появилось ощущение елееле заметного знобящего ветерка, дующего почемуто сквозь все тело.
– Положи дочь свою в центр и дай мне книгу, – несуетливо произнес ярл. Полистав и найдя нужную страницу, он посмотрел на остальных, – Мне нельзя мешать или прерывать НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ. Придется мне, купец, провести двою дочь через те бездны, где мы все немедленно окажемся, если чтото пойдет не так. И полгорода впридачу к нам.
С этими словами он взял книгу в левую руку, а правой достал изза спины меч. Поднял его вверх, будто желая пронзить бездонную черноту неба, и замер. Тень его, отчетливо видимая при лунном свете, немедленно разделилась на три цветных, разойдясь в разные стороны. Красная и зеленая смотрели в сторону купца и обомлевшей Айне, третья же, бархатночерная, лежала не там, где ей положено бы, а накрыла собой мирно посапывающую в центре звезды девчонку.
Слова, которые стал произносить маг, били по голове девушки дану как удары грома и наваливались, как неумолимые волны на тонущую лодчонку. Коротко вздохнув, Айне опрокинулась назад, и на некоторое время мир перестал существовать для нее.

В себя она пришла от ощущения, будто в спину ей воткнули бревно. Острое и сучковатое. Оказалось просто, что край колоды уперся упавшей девушке между лопаток. В голове было както муторно, будто наутро после пары бутылок Aetanne. Приподнявшись, Айне по привычке перетекласпряталась в тень, почесала спину и стала осматриваться.
– Чтото шумно тут. Вроде народу было поменьше. И не спится ж хумансам ночью. Впрочем, какая ночь? Вон уже и на восходе чуть розовеет, полчасачас, и рассветет. А этим чего тут понадобилось?
С этим ворчанием Айне стала рассматривать группу стражников с факелами и заспанного человечка с официальной цепью на шее, которых, очевидно привела сюда статная женщина в белозеленом одеянии целительницы. Чтото доказывая городскому советнику и горячась, она время от времени бросала уничтожающие взгляды на ярла, который сидел в сторонке с видом крайне утомленным и равнодушным.
– Тетенька, а вы кто?, – отвлек девушку от наблюдений горячий шепот.
От неожиданности подпрыгнув и выхватив кинжал, Айне увидела сбоку, почти сзади худенькую девчонку в длинной, до пят, ночной рубашке. Лет ей было десять, а может и двенадцать (кто их разберет, этих хумансовских детенышей?).
– Ой, настоящая Дану, прямо как в сказке! – горящими глазами она рассматривала Айне, – а ты правда в лесу выросла? Какие у тебя красивые ушки!
Марико – а это была именно она – от восторга прыгала вокруг и тараторила всякую ерунду. Никаких следов недавнего недомогания на ней заметно не было, а ребенок оказался крайне болтливым и любопытным. Отец же ее сидел невдалеке прямо на земле и, не стесняясь никого, плакал, то и дело пытаясь поцеловать руку ярлу. Тот отнимал руку и продолжал отдыхать, чуть заметно морщась.
Тем временем обстановка накалялась. Истерическая тетка в открытую обвиняла в нарушении Великого Закона и применении черной магии. Городской чиновник, насупясь, похоже, соглашался с ней. Стражники же, судя по их лицам, охотнее всего оказались бы сейчас в другом месте, даже пред ясными очами начальства. Наконец, все они подошли к ярлу и стали домогаться, чтоб он пошел с ними. Ясно, куда – в кутузку. А там и до плахи недалече. Не любят черных магов, ох как не любят. Особенно последователи Гунноры и целители. Потому как не знают ни силы их, ни замыслов, но с присущей людям подозрительностью наделяют некромантов коварством и самыми подлыми намерениями. Правда, и те не без греха. Айне припомнила, что в Общей истории было чтото о черном маге Яроморе. Пока задавили его армию скелетов, зомби и прочих тварей, столько сил и народу положили, страсть! И оружие благословляли, и молниями шарахали – только мало толку. Мертвецу, ему ведь не больно, и умереть опять он не боится. Мечом его или копьем проткни – а ему от того ни холодно, ни жарко. Прет себе вперед. Айне передернула плечами от брезгливости представленной картины и зябко поежилась.
Тутто и сказал свое веское слово ярл. Он поднялся на ноги, отчего все вдруг както стали меньше ростом. Разговоры и речи стихли, даже озлобленная целительница примолкла.
– Я вольный ярл по праву рождения и по воле Императора. И не могу быть осужден иначе, чем по прямому приказу правителя или его наместника.
Чинуша и магичка скривились, будто им дали хлебнуть прокисшего вина, но, похоже, ничего не могли поделать прямо сейчас.
– Наместник нынче в городе. Посмотрим, – с этими словами городской советник повернулся и гордо пошел в сторону ворот, уже освещенных утренним солнцем. За ним потопали и стражники. Целительница в белозеленой накидке и деревянных сандалиях на босу ногу тоже поплелась следом, чтото злобно шипя сквозь зубы.
– Это очень серьезно? – купецкоротышка уже оклемался и иногда только умиленно посматривал на беззаботно скачущую вокруг Марико.
Чуть помедлив, ярл кивнул.
Купец почесал в затылке.
– Ну, со стражниками я потолкую, ребята почти все знакомые, – тут он ощупал свой кошелек, – и на советника из магистрата управу найдем. А вот с Целительницей разбирайся сам – мне с ней заводиться както не с руки.
– А чего она такая? Кидается на всех, – Айне тоже встревожилась не на шутку и подошла поближе.
– Дык, муж у ней, и оба сына. Погибли пару лет тому на войне. С тех пор она немного вроде как и не в себе. Ладно, пойдемте ко мне, товар заберете, да и по чарочке сейчас не повредит – а то у меня в голове чегойто не того…
По приходу в лавку купец незамедлительно погнал дочь наверх спать, а сам ловким движением фокусника извлек на свет симпатичную глиняную бутыль небольших размеров. Бокальчик Aedorne и впрямь пошел как надо и пришелся весьма кстати. Айне повеселела и, пока хозяин ходил за стрелами, подобрала себе легкий колчан из тисненой кожи и замшевый чехол для лука. Ярл заплатил не торгуясь, на прощание выпили еще и наконец – двое растворились в муравейнике большого города.
– Чтото мне в Сумеречные леса захотелось. Неуютно здесь както, – Айне хитро посматривала на ярла и поглаживала сквозь чехол свою Песню.
– Нет. Такие дела нельзя оставлять открытыми. Наместник, если не дурак, – а дураков в Асмарал не посылают – сообразит, что на плаху я не пойду. И в пытошную тоже. Силой меня не потащут – если пойду напролом, мне терять нечего будет, – Ярл помрачнел, – такого наворочу здесь…
– Да и вреда никакого и никому я не нанес. Если стражники будут отнекиваться и чиновничек тоже, целительница ничего не докажет. И наместник скорее всего охотно замнет дело.
– А если нет?
– Ну что ж, – ярл на секунду задумался, постукивая пальцами по резной каменной скамье, на которой они устроились, – жди меня завтра у северных ворот. Приду, даже если от них только головешки останутся.
С этими словами он отсыпал Айне горсть монет не считая.
– Вон, за мной уже идут. Исчезни.
И она исчезла.

Достоверно не известно, что и как было потом в роскошном тенистом дворце императорского наместника. Знамо только, что стражники кряхтели да отнекивались – дескать, темно было, да и не по солдатскому разуменью дела энти. Также и ответственный советник из городского магистрата предпочитал помалкивать, украдкой почесывая синяки, только что полученные от дражайшей супруги. Та, в отличие от муженька, быстро смекнула, на что можно потратить полученный от незаметного купчишки тяжеленький мешочек.
И только магичка, глава Гильдии Целителей, пыталась чтото доказать. Шар хрустальный показал, что состоялась Черная Месса – раз. Единственный некромант в округе – вот он – два. На месте преступления некоторое время были видны неопровержимые следы, а уж серой как воняло – жуть!
Наместник же, еще не старый сановник из Императорского Совета, хмурился все более. Сидя на украшенном завитушками малом троне под сенью герба Империи – лев, вставший на дыбы, в пятиугольном щите, он крепко задумался. Ход его мыслей ярл предсказал практически правильно. Только не знал ярл, что сын нынешнего наместника Асмарала тоже воевал в Железном легионе и получил из рук самого Императора офицерский патент, и карьера его зависела не только от него, но и от прихотей придворных веяний. А внучка наместника как раз сейчас получила вызов на учебу в Университет Магии – способности оказались, видите ли. Приходится отрывать дите от гнезда и посылать из надежного родового замка в чужие заморские дали. А ярл этот – птица неведомая, видно только, что не из простых. Но, с другой стороны, имперский наградной перстень на руке – такие только за большие дела дают! Ну угораздило ж такому случиться, и именно здесь… Еще два года нести здесь нелегкую службу, и с местным людом надо както так ладить. У целительницы тут власти едва ли не больше, чем у самого наместника. С другой стороны, у ярла этого наверняка найдутся защитники и в столице, да и во дворце Императора.
– Было бы легче, если бы вы, почтенный ярл, назвались нам полным именем с перечислением всех титулов, приличествующих вам.
– По дворянским обычаям, я имею право называться одним именем и титулом на мое усмотрение. Ярл Valle. К вашим услугам.
Наместник незаметно вздохнул и переменил позу.
– Да будет так. Признаете ли вы, ярл Valle, предъявленные вам обвинения?
– Не скажу ни да, ни нет.
– В таком случае, вам придется побыть под стражей до окончания рассмотрения дела. Скорее всего – до завтра. Сдадите ли вы оружие добровольно?
– Я знаю закон, – отрубил ярл и снял с себя перевязь, – Только скажите этим мерзавцам из стражи, чтоб не баловались – меч зачарованный, чужих не любит.

Вот и сидит теперь узник в тесной вонючей камере, задумавшись о чемто своем при тусклом свете continual light. А наместник бродит бессонной ночью по дворцу, чтото бормоча и прикидывая так и этак, шаркая шитыми золотом тапочками по плитам пола, распугивая шастающую иногда прислугу и наводя тоску на караульных.
А гдето в лабиринте огромного, никогда не спящего города, среди дьявольского варева факелов, магических шаров и огней, за столиком в полутемном углу маленькой таверны примостилась экипированная как на войну девушка дану и, потягивая столь полюбившийся клюквенный напиток, смотрит на светильник, сквозь него и кудато дальше в одной ей известные дали и времена.

Глава 2
Пограничье

Человек не спеша спускался по осклизлым ступеням, иногда еле заметно морщась от брезгливости. Был он не худ и не толст, не молод и не стар, несмотря на седину, серебром мерцающую на его плечах. Дань скорее тяжелым трудам и раздумьям, нежели годам придала ему ту величавость, которая сразу выделяет того, кто несет нелегкую ношу ответственности. За землю, за народ, за порядок и покой, которые так мало ценятся в молодости.
Дежурный офицер, идущий впереди, нес магический светильник и спросонья туго соображал, зачем самому Наместнику понадобилось посетить подземную тюрьму – донжон, да еще и в столь неурочный час. Предрассветная вахта, которую сами караульные называли не иначе как «собачьей», была тягомотнее самого безжалостного разноса от начальства. Холод и сырость пробирают до костей, сколь не одевай теплого под казенный мундир, а с хмельным тут строго. Не прикорнешь в уголке, да и отлучиться некуда – подземелье, знаете ли. А сама природа людская так и затягивает в блаженную дрему…
Облицованные грубым камнем галереи и камеры сочились влагой. Офицер со злорадством представлял, как наместник поскользнется и въедет хотя бы в вот эту зловонную лужу, которая постоянно натекала из коридора с пересыльными каторжанами. Вообщето он мужик не злой, наместникто, жить можно. Только зачем начальству самому лезть в этакие малоприятные места…
– Осторожнее, ваше превосходительство, не вляпайтесь. Сколько ни убирали, сколько ни засыпали – все без толку. Видать, так и должно быть.
Задержавшись немного, чтобы перевести дух, на уровне, где содержались убийцы и мздоимцы, пошли далее. Когда миновали очередной пролет лестницы, стало ясно, что офицер, наместник и его советник спускаются на последний ярус, в котором должна содержаться самая серьезная публика. «Политические» – шепотом называли таких постояльцев стражники и старались держаться от дверей камер подалее. Оно и понятно – в такие дела простому люду никак лезть нельзя. Дворянам и познатнее доводилось выходить отсюда прямиком на плаху, а с прочими и вовсе разбираться не будут. Хоть словцом перебросишься – свои же и донесут.
Правда, «политический» ярус давненько пустовал, только вот нынче утром привели черного мага и вежливо попросили зайти в камеру. Сержант и стражники панически боялись подойти ближе, чем на несколько шагов, словно опасались подхватить неведомую заразу. Правда, дежурный офицер, лично принимавший сопроводительные бумаги, посчитал, что такую птицу камень и железо не удержат, но свои опасные мысли оставил при себе, к тому же его мнением никто и не думал поинтересоваться.
Вот и пришли. Толстая дубовая дверь, дерева не видно изпод мощных железных полос впритык. Замки, которые размерами подошли бы доброму купцу на склад. Да охранный знак по центру. Вот знак – это дело. Из чистого горного серебра, заговоренный в Магической Гильдии сторожевыми заклятьями, проверенный трижды на обычной двери. Так просто не минешь его, так просто не обманешь. Но это против простых смертных да местных колдунов действует. А некромансер, когда заходил, глянул на знак, да улыбнулся только. Ну вы, дескать, точно дети малые – чем бы ни тешились. Офицер, конечно, ничего этакого вслух не сказал, только ключами загремел, отпирая гномьей работы замки и засовы. Махнул было ближайшим стражникам, – заходите, мол. Как и положено, охрану начальству.
Однако, наместник небрежным жестом остановил его.
– Тут дело деликатное, – чужих ушей не любит. Всем отойти в конец коридора, а вы, капитан, лично смотрите, чтоб ни одна живая душа и близко не подошла.
Офицер отдал честь, в душе сильно сомневаясь, что найдется такая живая душа, которая по доброй воле в такие дела полезет. Он отдал светильник начальству и, обнажив положенную по должности шпагу, встал рядом с советником шагах в десяти от двери.
Наместник, чуть нагнув голову, еще немного подумал и, незаметно вздохнув, толкнул дверь.

Заключенный, как видимо, не удивился приходу столь высокого гостя. Лишь покивал головой своим мыслям. Внимательно оглядев наместника, ярл (а это был он) отметил про себя невыспавшееся лицо и покрасневшие глаза. Легчайшим движением губ он превратил свой мерцающий шар в сияющее подобие люстры под заплесневелым сводчатым потолком, а затем соизволил встать.
Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Если ярл был безмятежен, как человек, имеющий в каждом рукаве по козырному тузу, то вошедший был слегка – совсем немного – обеспокоен.
– Положенную при таком визите охрану я не взял. Незачем им знать, о чем мы будем говорить. Да и опасаться вас, думаю, мне не придется.
Заключенный изобразил легкий поклон – мол, понял и оценил. Какие вы умные да смелые. Наместник же, стараясь не наступать на совсем уж подозрительные пятна, подошел к лежанке и с заметным облегчением присел на краешек.
– Притомился я чтото, идучи сюда. Хотя, в общем, какие мои годы… В войну тоже приходилось спать на ходу и есть на бегу. Пока еще все устроишь и людям указания раздашь, да проверить надо за каждым. Не уследишь если – народишкото разный попадается, а мне с ним работать – могут и совсем дело спохабить. Мотался по всему краю, даж в пустыню заносило. Зато у меня порядок, потому и держат здесь.
– А вы помощников толковых себе подберите, пусть и вкалывают.
– Ну да, придумал тоже. С помощника какой спрос? Своя голова дороже.
– Неужто верные люди в Асмарале перевелись?
Наместник пожевал губы, обдумывая ответ.
– Да не перевелись, только выше своего потолка не прыгнут.
Так они плели нить пустяшного разговора, а сами поглядывали друг на друга с хитринкой – кто первый на дело перейдет? Ярл в черных брюках и сапожках, в белоснежной рубашке с кружевными манжетами, стоял перед гостем. Правда руки на груди скрестил. Наместник в своем официальном парчовом платье, с резным посохом и цепью империи на груди сидел на нарах так же чинно, как на приеме.
– Ладно, ярл. До утра байки сказывать не будем. Задал ты мне задачку своей выходкой…
– Да не было ничего такого, ваше степенство. Да и не видел никто ничего, а целительница пусть злостью своей подавится.
– Будет тебе, будет. И ты, и я знаем, что на пустыре у южных ворот чтото ты замыслил и сделал. Так вот я хочу знать – что?
Ярл ненадолго задумался, а потом махнул на все рукой.
– Купца Хурума знаете?
– Кто ж не знает про купца Хурума? На подрядах в армию он хорошо поднялся, да и про беду его слыхал.
– Ну так вот, поднял я на ноги его Марико.
Наместник надолго ушел в себя, перебирая в голове одному ему известные мысли.
– Вот оно что… выходит, не все байки про силу вашу. Ответь мне тогда – как тогда сочетается это с душегубским мастерством некромантовским? И – будут ли какие последствия, следы? Или как у вас называется – отдача? Только ответы должны быть… убедительными.
Ярл вздохнул.
– На второй вопрос отвечу сразу – магической отдачи не будет. Я провел не полный обряд, а скользящее касание. И силы у Хозяина Тьмы не занимал. Да и ночь была очень подходящей.
Он задумался, глядя кудато сквозь стену и не обращая ровным счетом никакого внимания на первого человека в этих краях.
– Что касается несоответствия… долго это обьяснять, да и специальные знания нужны, чтобы разобраться.
Наместник внимал с видом кажущегося безразличия и расслабленности. На самом деле он изрядно поднаторел в рассмотрении всяких запутанных и щекотливых вопросов и слушал крайне внимательно.
– А ты попробуй подоходчивей. Я хоть к магии не имею отношение, всетаки человек образованный.
– Ну хорошо, я попробую, вашество.
С этими словами ярл пальцем провел в воздухе вертикальную линию, которая тотчас же загорелась ровным зеленоватым светом.
– Обычно люди считают так: здесь живое, – он показал по одну сторону от линии, – а здесь неживое. По одну сторону звери, птицы, растения, а по другую – камни, вода, огонь и так далее.
Наместник слегка прищурился, – Ну, даже я понимаю, что это слишком, так сказать, упрощенно. Ты хочешь зказать, что надо две полосы? Тут живое, там неживое, а посредине – ни то, ни се?

Скачать книгу: Черный Ярл [0.27 МБ]