Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

огородных участках имени Розы Люксембург, ныне - генерала Андерса. Вы,
вероятно, слышали: трое несовершеннолетних, зарезанных при помощи
серпа, косы, багра или же подобного орудия. Вы слышали? Это недалеко
отсюда, в предместье.
- Слышала. Но какое это имеет отношение ко мне?
- Вы не знаете? Вы занимаетесь одной из жертв этого происшествия.
Косвенной жертвой, так мы это называем. Эльжбета Грубер, девяти лет.
Эта девочка, которая видела весь ход происшествия, весь процесс
преступления. Она лежит в этой больнице. Я слышал, что вы ею
занимаетесь.
- А, та девочка в коме... Нет, панове, это не моя пациентка. Доктор
Абрамик...
- Доктор Абрамик, с которым я уже беседовал, утверждает, что вы
очень интересуетесь этим случаем. Эта Грубер - она ваша родственница?
- Еще раз повторяю... Никакая она мне не родственница, я не знаю
ее. Не знала даже ее фамилии...
- Пани Иза. Хватит. Толек, позволь.
Брюнетик потянулся к дипломату и вытащил маленький плоский
магнитофон "Нэшнл панасоник".
- У нас, - сказал Нейман, - записываются разговоры. Ваш разговор со
мной оказался записан. К сожалению, не с начала...
Против воли комиссар покраснел. Начало разговора не записалось по
самым прозаическим причинам - в магнитофоне в тот момент стояла
кассета с "But Seriously" Фила Колинза, переписанная с компакт-диска.
Брюнетик нажал на клавишу.
- ...перебивай, Нейман, - проговорил голос Изы. - Какое тебе дело
до того, кто говорит? Важнее, что говорит. А говорит вот что: нельзя
тебе делать то, что задумал. Понимаешь? Нельзя. Чего ты хочешь
добиться? Хочешь узнать, кто убил мальчишек на огородных участках?
Могу тебе сказать, если хочешь.
- Да, - сказал голос комиссара. - Хочу. Прошу вас сказать мне, кто
это сделал.
- Это сделал тот, кто прошел сквозь Завесу. Когда пронесся Вееал,
Завеса лопнула, и он прошел. Когда Завеса лопается, те, что находятся
поблизости, гибнут.
- Не понимаю.
- И не должен, - резко сказал голос Изы. - Вовсе и не должен
понимать. Тебе следует просто принять к сведению, что я знаю, что ты
намерен учинить. И еще я знаю, что этого делать нельзя. И просто
делюсь с тобой этим знанием. Если ты меня не послушаешь, последствия
будут ужасными.
- Минуточку, - отозвался голос Неймана. - Вы собирались мне
сказать, кто...
- Уже сказала, - перебил голос Изы.
- Повторите, пожалуйста.
- А зачем тебе это? Думаешь, ты можешь что-то сделать тому, из-за
Завесы? Глубоко заблуждаешься. Он вне твоей досягаемости. Но ты... Ты
- в его досягаемости. Берегись.
- Вы мне угрожаете. - Это было утверждение, не вопрос.
- Да, - сказал бесстрастный голос Изы. - Угрожаю. Но это не я тебе
угрожаю. Не я. Я не сумею объяснить тебе многих вещей, многих фактов,
не смогу найти правильные слова. Но одно я могу... могу тебя остеречь.
Не слишком ли много было уже жертв? Эти мальчишки, Эльжбета Грубер. Не
делай того, что планируешь, Нейман. Не делай.
- Послушайте, пожалуйста...
- Довольно. Запомни. Нельзя тебе.
Хлопнула трубка.
- Вы мне, возможно, не поверите... - начала Иза.
- Разве мы уже не на ты? - перебил Нейман. - Жаль. Это было мило и
непосредственно. Чему не поверю? Что это были не вы? Действительно,
трудно было бы поверить. А теперь, пожалуйста, я слушаю. Что я
планирую? Почему мне нельзя это делать?
- Не знаю. Это не я... Это был не мой голос.
- Кем вам приходится маленькая Грубер?
- Не знаю... Никем... Я...
- Кто убил детишек на огородах? - Нейман говорил тихо, не повышая
голоса, но желваки на его скулах подергивались выразительно и
ритмично. - Кто это был? Почему он вне моей досягаемости? Потому что
он ненормальный, правда? Если я его схвачу, он отправится не в
каталажку, а в больницу, такую, как эта? А может, как раз в эту? А
может, он уже тут был? Что? Пани доктор?
- Не знаю! - Иза вскинула руки в невольном жесте. - Не знаю, говорю
вам! Это не я звонила! Не я!
Нейман и стажер Здыб молчали.
- Я знаю, о чем вы думаете, - спокойно сказала Иза.
- Сомневаюсь.
- Вы думаете... Что, как в том анекдоте... что мы тем отличаемся от
пациентов, что уходим на ночь домой...
- Браво, - сказал Нейман без улыбки. - А теперь я слушаю.
- Я... ничего не знаю. Я не звонила...
- Пани доктор, - проговорил Нейман спокойно и ласково, словно
обращаясь к ребенку. - Я знаю, что магнитофонная запись - слабое
доказательство. Что вы можете все отрицать. Вы можете, как это сейчас
принято, обвинить нас даже в манипуляции и фабрикации доказательств, в
чем вам угодно. Но если вы и правда уходите на ночь домой заслуженно,
а не только благодаря чьей-то ошибке в диагнозе, то вы представляете,
какие будут последствия, когда дело раскроется. А дело раскроется
прекрасно. Должно раскрыться, потому что так сложилось, что у убитых
мальчишек высокопоставленные родители, и никакая сила не остановит
следствие, только наоборот. Вы знаете, что тогда случится.
- Не понимаю, о чем вы.
- Это я вам расскажу. Вы думаете, что если маньяк с огородов
приходится вам родственником или кем-то близким, то вы не будете нести
уголовную ответственность за его сокрытие. Возможно. Но, кроме
уголовной ответственности, есть еще другая ответственность. Если
окажется, что вы прикрывали маньяка-убийцу, то ни в этой больнице, ни
в какой другой больнице этого направления во всем мире вам уже не
работать. Спасти вас может только здравый смысл. Жду, когда пани его
проявит.
- Пан... Повторяю, что я не знаю, в чем тут дело, - опустила голову

Скачать книгу: Музыканты [0.03 МБ]