Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное


Станислав Лем. Сексотрясение


Станислав Лем

рецензия на роман Симона Меррила "Sexplosion"
издательство "Walker and Company" Нью-Йорк.

Если верить автору -- а нас вся чаще призывают верить сочи-
нителям научной фантастики, -- нынешняя волна секса в восьмиде-
сятые годы станет настоящим потопом. Но действие романа "Сексо-
трясение" начинается двдцатью годами позже -- суровой зимой, в
засыпанном снегом Нью-Йорке. Не названный по имени старец, увя-
зая в сугробах и натыкаясь на погребянные под снегом автомобили,
добирается до вымершего небоскряба, достаят из-за пазухи ключ,
согретый последними крохами тепла, отпирает железные ворота и
спускается в подвальные этажи; его дальнейшие блуждания, переме-
жающиеся картинами воспоминаний, -- это, собственно, и есть ро-
ман.
Глухое подземелье, по стенам которого пробегает дрожащий
луч карманного фонаря, оказывается то ли музеем, то ли разделом
экспозиции (или, скорее, секспозиции) могущественного концерна,
свидетельством тех памятных лет, когда Америка еще раз завоевала
Европу. Полуремесленная мануфактура европейцев столкнулась с не-
умолимой поступью конвейерного производства, и постиндустриаль-
ный научно-технический колосс быстро одержал победу. На поле боя
остались три консорциума -- "General Sexotics", "Cybordelics" и
"Love Incorporated". Когда продукция этих гигантов достигла пи-
ка, секс из частного развлечения и групповой гимнастики, из хоб-
би и кустарного коллекционирования превратился в философию циви-
лизации. Знаменитый культуролог Мак-Люэн, который дожил до тех
времен впоне ещя бодрым старичком, доказывал в своей "Генитокра-
тии", что в этом и заключалось предназначение человечества,
вступившего на путь технического прогресса, что уже античные
гребцы, прикованные к галерам, и лесорубы Севера с их пилами, и
паровая машина Стефенсона с ее цилиндром и поршнем -- все они
определили ритм, вид и смысл движений, из которых слагается сои-
тие, как основное событие экзистенции человека. Ибо анонимный
американский бизнес, усвоив премудрости любовных позиций Запада
и Востока, перековал средневековые пояса невинности в противоне-
винностные пояса, искусства и художества засадил за проектирова-
ние копуляторов, сексариев и порнотек, пустил в ход стерилизо-
ванные конвейеры, с которых бесперебойно потекли садомобили, лю-
бисторы, домашние содомильники и публичные гомороботы, а заодно
основал научно-исследовательские институты, чтобы те начали
борьбу за эмансипацию обоих полов от обязанности продолжения ро-
да.
Отныне секс был уже не модой, но верой, любовное наслажде-
ние -- неукоснительным долгом, а счетчики его интенсивности с
красными стрелками заняли место телефонов на на улицах и в кон-
торах. Но кто же этот старец, бредущий по подземным переходам?
Юрисконсультант "General Sexotics"? Недаром вспоминает он о
громких процессах, о битве за право тиражирования -- в виде ма-
некенов -- телесного подобия знаменитых персон, начиная с Первой
Леди США. "General Sexotics" выиграла (что обошлось ей в двад-
цать миллионов долларов), и вот уже дрожащий луч фонарика отра-
жается в пластмассовых коробках, где покоятся кинозвязды первой
величины и прекраснейшие дамы большого света, принцессы и короли
в великолепных туалетах -- выставлять их другом виде, согласно
постановлению суда, запрещалось.
За какой-нибудь десяток лет синтетический секс прошял путь
от простейших надувных моделей с ручным заводом до образцов с
автоматической терморегулировкой и обратной связью. Их прототипы
давно уже умерли или превратились в жалких развалин, но тефлон,
найлон, порнолон и сексонил устояли перед всемогущим временем,
и, словно из музея восковых фигур, элегантные дамы, выхваченные
фонариком из темноты, дарят обходящего подземелье старца застыв-
шей улыбкой, сжимая в вытянутой руке кассету со своим сиреньим
текстом (решение Верховного суда запрещало продавцам вкладывать
пленку в манекен, но покупатель мог сделать это дома, частным
образом).
Медленные, неуверенные шаги одинокого посетителя вздымают
клубы пыли, сквозь которую там, в глубине, розовеют сцены груп-
пового эроса -- порой даже с тридцатью участниками, что-то напо-
добие огромных струделей или тесно переплетенных один с другим
калачей. Уж не сам ли это президент "General Sexotics" шествует
подземными коридорами среди гомороботов и уютных содомильников?
Или, может быть, главный конструктор концерна, тот, что генита-
лизировал сперва Америку, а потом остальной мир? Вот визуарии с
их дистанционными переключателями, программами и свинцовой плом-
бой цензуры, той самой, из-за которой стороны ломали копья на
шести судебных процессах; вот груды контейнеров, готовых к от-
правке за море, набитых коробочками до- и послеласкательного
крема и тому подобным товаром вместе с инструкциями и техпаспор-
тами.
То была эра демократии, наконец-то осуществленной: все мог-
ли вся -- со всеми. Следуя рекомендациям своих штатных футуроло-
гов, консорциумы, вопреки антимонопольным законам, втайне поде-
лили между собой земной рынок и пошли по пути специализации.
"General Sexotics" спешила уравнять в правах норму и паталогию;
две другие фирмы сделали ставку на автоматизацию. Мазохистские
цепы, бияльни и молотилки появились в продаже, дабы убедить пуб-
лику в том, что о насыщении рынка не может быть и речи, посколь-
ку большой бизнес -- по-настоящему большой -- не просто удовлет-
воряет потребности, он создает их! Традиционные орудия домашнего
блуда разделили судьбу неандертальских камней и палок. Ученые
коллегии предложили шести- и восьмилетние циклы обучения, затем
программы высшей школы обеих эротик, изобрели нейросексатор, а
за ним -- амортизаторы, глушители, изоляционные массы и звуко-

Скачать книгу: Сексотрясение [0.01 МБ]