Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!



Добавить в избранное

Жюль Габриэль Верн
Вверх дном


OCR & spellcheck by HarryFan, 25 April 2001
«Вверх дном»: Государственное Издательство Детской Литературы Министерства Просвещения РСФСР; Москва – Ленинград; 1949

Аннотация

В романе «Вверх дном» члены Пушечного клуба, пытаясь растопить полярные льды, производят выстрел из гигантской пушки, но в расчёты вкралась ошибка… Как её мог допустить такой математик? «Рассеянность Дж.Т.Мастона, ошибка на три нуля в начале его вычислений, была причиной унизительной неудачи нового общества. Если товарищи несчастного секретаря клуба негодовали, то общественное мнение смягчилось. В конце концов, ведь благодаря его ошибке, произошло всё зло, или лучше сказать, все благополучие…»

Жюль Верн
Вверх дном

ГЛАВА ПЕРВАЯ,


в которой рассказывается, с каким извещением обратилась ко всему свету Арктическая промышленная компания

– Так вы утверждаете, мистер Мастон, что женщины ничего не могут сделать для развития опытных и математических наук?
– К величайшему моему сожалению, миссис Скорбит, я вынужден это утверждать, – ответил Дж.Т.Мастон. – Конечно, среди женщин, особенно в России, встречались и встречаются замечательные математики – с этим я охотно соглашаюсь. Но у женщины такое строение мозга, что ей никак не стать Архимедом1, а тем более Ньютоном2.
– О мистер Мастон, позвольте мне возразить от имени всего нашего пола…
– Пола потому и прелестного, миссис Скорбит, что он вовсе не создан для отвлечённых занятий.
– Следовательно, повашему, мистер Мастон, ни одна женщина, увидев падающее яблоко, не могла бы открыть закон всемирного тяготения, как это сделал знаменитый английский учёный в конце семнадцатого века?
– Увидев падающее яблоко, миссис Скорбит, женщина просто решила бы съесть его… по примеру прародительницы Евы.
– Ну, вы, мне кажется, отказываете нам во всякой способности к теоретическим размышлениям…
– Во всякой способности? Нет, миссис Скорбит. Но должен вам указать всётаки, что с тех пор как на земле живут люди, – а следовательно и женщины, – не рождалось ещё женщины, наделённой умом, которому в области научной мы были бы обязаны какимлибо открытием, подобным открытиям Аристотеля, Эвклида3, Кеплера и Лапласа4.
– А что это доказывает? Разве прошлое всегда определяет будущее?
– Гм! Не стоит больше ждать того, что не случилось ни разу в течение тысячелетий.
– Тогда, мне кажется, нам, женщинам, остаётся только смириться, мистер Мастон. Видно, мы умеем лишь…
– Быть добрыми! – подхватил Дж.Т.Мастон со всей любезностью, на которую только способен учёный, всецело поглощённый разными иксами.
Впрочем, миссис Эвенджелина Скорбит охотно этим удовлетворилась.
– Ну что ж, мистер Мастон, – продолжала она, – каждому своё на этом свете. Занимайтесь своими необычайными математическими выкладками. Отдайтесь великому делу, которому вы и ваши друзья решили посвятить свою жизнь. А я – как мне и подобает – буду просто доброй женщиной и окажу этому делу денежную помощь.
– Чем и заслужите вечную нашу благодарность, – ответил Дж.Т.Мастон.
Миссис Эвенджелина Скорбит покраснела самым очаровательным образом, потому что она питала если не ко всем учёным вообще, то во всяком случае к Дж.Т.Мастону особо нежные чувства. Поистине, неизмеримы глубины женского сердца!
Предприятие, на которое эта богатая вдова решила пожертвовать значительные средства, действительно было великим делом.
Вот в чём оно состояло и вот к какой цели стремились его участники.
По Мальтебрену, Реклю, СенМартену и другим авторитетным географам, собственно арктическими землями считаются:
1. Северный Девон, то есть острова, покрытые льдами Баффинова залива и пролива Ланкастера.
2. Северная Георгия, состоящая из земли Банкса и многочисленных островов: Сабайн, БайамМартин, Гриффит, Корнуолл и Батерст.
3. Архипелаг БаффинаПарри и некоторые части околополярного континента, то есть Кэмберленд, Саутгемптон, ДжемсСомерсет, БутинФеликс, Мелвилл и другие области, почти не известные нам.
Все эти земли ограничены семьдесят восьмой параллелью; суша занимает здесь один миллион четыреста тысяч квадратных миль, вода покрывает ещё семьсот тысяч миль.
К северу от этой параллели отважные исследователи нашего времени прошли почти до восемьдесят четвёртого градуса северной широты, нанесли на карту земли, скрытые за высокой грядой ледяных торосов, и дали названия многим мысам, полуостровам, заливам и бухтам этой обширной страны, которую можно было бы окрестить Нагорной Арктикой. Но за восемьдесят четвёртой параллелью лежит таинственное пространство, desideratum картографов, и до сих пор никому не известно даже, земли или моря скрываются там на пространстве шести градусов под непреодолимыми скоплениями льдов Северного полюса.
И вот в 189… году у правительства Соединённых Штатов возникла довольно неожиданная мысль пустить с торгов эти ещё никем не открытые области, а некая американская компания, образованная именно с целью приобретения арктического колпачка, старалась получить на них концессию.
Правда, за несколько лет до того на конференции в Берлине5 были установлены особые правила, на случай, если какаянибудь из великих держав под предлогом колонизации или приобретения новых рынков вздумает захватить чужое добро. Правила эти, повидимому, не были приложимы в данном случае, так как полярные земли никто не населяет. Но раз то, что не принадлежит никому, может в равной степени принадлежать всем, новая компания решила не захватывать, а «приобрести» их, чтобы избежать всяких посягательств в дальнейшем.
В Соединённых Штатах всегда найдутся люди, готовые взять на себя практическую сторону любого предприятия, даже самого смелого и трудно выполнимого; найдутся и необходимые для него средства. Так случилось и несколько лет назад, когда балтиморский Пушечный клуб задумал отправить на Луну снаряд, в надежде установить прямую связь с нашим спутником. Разве не нашлось тогда предприимчивых янки, которые предоставили огромные суммы, нужные для исполнения такой увлекательной попытки? И разве ради её осуществления двое членов названного клуба не отважились сами подвергнуться всем опасностям этого безумного опыта?6 Если какойнибудь новый Лессепс7 затеял бы провести канал глубокого профиля через Европу и Азию, от берегов Атлантического океана до китайских морей, или какойнибудь ловкий специалист по рытью колодцев предложил бы буравить землю, чтобы достичь жидких силикатных слоёв, покоящихся поверх расплавленных веществ, и подводить прямо к кухонному очагу жар из недр земного шара, или какойнибудь предприимчивый электрик захотел бы собрать воедино все рассеянные по поверхности земли электрические токи для получения неиссякаемого источника света и тепла, или какойнибудь дерзкий инженер задался бы целью сохранить в громадных приёмниках излишки летнего тепла и передавать его областям, страдающим от зимних холодов, или какойнибудь выдающийся гидравлик постарался бы использовать живую силу8 морского прилива, чтобы по желанию применять её в качестве тепловой или двигательной энергии, – какие только «анонимные компании» и разные «товарищества на паях» не возникли бы для выполнения хоть целой сотни таких проектов! Американцы были бы первыми среди вкладчиков, и реки долларов устремились бы в кассы акционерных обществ, как воды великих американских рек стремятся в лоно океанов.
Понятно поэтому, какое волнение вызвал внезапно распространившийся и, по правде говоря, странный слух, будто арктические области будут продаваться с торгов и останутся за покупателем, предложившим самую высокую цену. Впрочем, поскольку деньги вносились сразу, никаких акций выпущено не было. Это предполагалось сделать позже, когда дело дойдёт до использования земель, ставших собственностью новых владельцев.
Использовать арктические области! Поистине, такая мысль могла зародиться только в голове безумца!
Однако это был вполне деловой проект.
Действительно, вскоре в газеты Старого и Нового Света, в газеты европейские, африканские, азиатские, в газеты Океании и, конечно, в газеты американские было прислано одно объявление. Это было обращение ко всем заинтересованным – de commodo et incommodo9. Газета «НьюЙорк геральд» напечатала его раньше других. И многочисленные подписчики Гордона Беннета в номере от 7 ноября прочитали следующее сообщение, быстро обежавшее весь мир, и научный и коммерческий. Впрочем, учёные и коммерсанты отнеслись к нему поразному.


«К СВЕДЕНИЮ ОБИТАТЕЛЕЙ ЗЕМНОГО ШАРА.
Области вокруг Северного полюса, находящиеся за восемьдесят четвёртым градусом северной широты, до сих пор не эксплуатируются по вполне основательной причине: они ещё никем не открыты.
В самом деле, в северных широтах можно назвать только следующие точки, достигнутые мореплавателями самых различных национальностей:
82°45', на северной оконечности Шпицбергена, куда в 1847 году, следуя по линии двадцать восьмого меридиана, добрался англичанин Парри; 83°20'28, на скрещении с пятидесятым западным меридианом, в северной части земли Гриннеля; там в мае 1876 года побывал Маркам из экспедиции сэра Джорджа Нейрза; 83°35' северной широты и 42° западной долготы на северном берегу земли Нейрза; этой точки в мае 1882 года достигли Локвуд и Брэнард из экспедиции, руководимой американцем – лейтенантом Грили.
Таким образом, это пространство от восемьдесят четвёртой параллели до полюса, протяжённостью в шесть градусов, можно рассматривать как имущество, нераздельно принадлежащее государствам земного шара. Оно может стать частной собственностью, если его продадут с публичных торгов.
Однако, в соответствии с основами права, ничто не должно оставаться нераздельным. И, опираясь на эти основы, Американские Соединённые Штаты решили произвести отчуждение этого имущества.
В Балтиморе образовалось общество под названием «Арктическая промышленная компания», официально представляющая интересы Соединённых Штатов. Компания предполагает в соответствии с законно составленным актом приобрести в полную собственность эту арктическую недвижимость со всеми её материками, островами, островками, скалами, морями, озёрами, реками, ручьями и потоками любого рода, и притом независимо от того, покрыты ли все они вечным льдом, или в летнее время освобождаются от ледяного покрова.
Особо отмечается, что право собственности не может быть отменено в силу давности, даже если произойдут какиелибо перемены в географическом или метеорологическом состоянии земного шара.
О всём изложенном доводится до сведения обитателей обоих полушарий для того, чтобы все государства могли принять участие в аукционе, причём право собственности остаётся за предложившим наивысшую цену.
День аукциона назначен на 3 декабря текущего года в городском аукционном зале в г.Балтиморе, штат Мэриленд, СевероАмериканские Соединённые Штаты.
За разъяснениями обращаться к Уильяму С. Форстеру, временному агенту Арктической промышленной компании, Балтимора, Хайстрит, 93».

Конечно, можно было счесть такое объявление безумием! Но приходилось сознаться, что оно по крайней мере было чрезвычайно ясно и определённо. А его деловой характер подтверждался тем, что федеральное правительство уже выдавало концессию на арктические области, не дожидаясь, пока аукцион сделает Американское государство их действительным владельцем.

В конце концов мнения разделились. Некоторые предпочитали видеть здесь просто огромный американский «humbug» – дутое предприятие, на этот раз выходившее за обычные пределы, если только можно говорить о пределах человеческого легковерия. Другие думали, что предложение стоит принять всерьёз. Они обращали внимание на то обстоятельство, что новая Компания не взывала к общественному кошельку. Она рассчитывала приобрести эти полночные края на собственные средства. Для наполнения своей кассы она вовсе не собиралась вытягивать из простаков доллары, банкноты, золото и серебро. Ничего подобного! Она хотела заплатить за околополярную недвижимость своими деньгами.
Людям расчётливым казалось, что Компании следовало бы, опираясь на «право первого захватившего», просто вступить во владение страной, не устраивая аукциона. Но в томто и была вся трудность: доступ к полюсу, видимо, по сей день закрыт для человека. И на случай, если Соединённые Штаты приобрели бы эту страну, концессионеры хотели иметь контракт по всей форме, чтобы потом никто не оспаривал их прав. Несправедливо было бы порицать их за это. Они действовали предусмотрительно: поскольку в таком деле обычно заключается договор, законные предосторожности не были лишними.
Между прочим, в объявлении была оговорка, относившаяся к возможным в будущем случайностям. Эта оговорка давала повод для различных толкований, так как точный её смысл ускользал даже от самых хитроумных людей. Она гласила, что «право собственности не может быть отменено в силу давности, даже если произойдут какиелибо перемены в географическом или метеорологическом состоянии земного шара».
Что означали эти слова? Какая случайность имелась в виду? Как могла земля подвергнуться таким изменениям, которые отразились бы на географических и метеорологических условиях территории, поступавшей в продажу?
«Наверное, – говорили некоторые дальновидные люди, – здесь чтото кроется!»
Посыпались различные толкования: одни упражняли свою прозорливость, другие тешили своё любопытство.
Филадельфийская газета «Гросбух» тотчас же опубликовала следующую шутливую заметку:

«Будущие покупатели арктических стран, очевидно, узнали о предстоящем и точно высчитанном столкновении Земли с некоей кометой, обладающей твёрдым ядром, причём удар вызовет географические и метеорологические изменения; это, вероятно, и имеет в виду вышеуказанная оговорка».

Фраза была длинновата, как это и надлежит фразе, которая претендует на научность, и, однако, она ничего не разъясняла. Кроме того, люди рассудительные не могли поверить в возможность столкновения с подобной кометой. И трудно было допустить, чтобы концессионеры беспокоились о такой маловероятной случайности.
«Может быть, – писала новоорлеанская газета „Дельта“, – новая Компания воображает, что предварение равноденствий10 когданибудь приведёт к переменам, благоприятным для эксплуатации арктических владений?»
«А почему бы и нет? Ведь это явление изменяет параллелизм осей земного шара», – замечал «Гамбургский корреспондент».
«В самом деле, – писало парижское „Научное обозрение“, – Адемар11 в своей книге „Возмущение океанов“ допускает, что предварение равноденствий12 в соединении с вековым перемещением большой оси земной орбиты может в конце концов воздействовать на среднюю температуру различных точек земного шара и повлиять на количество льдов, скопившихся у его полюсов».
«Это ещё не доказано, – возражало „Эдинбургское обозрение“. – И даже если бы так случилось, то ведь потребовался бы срок в двенадцать тысяч лет, чтобы в результате вышеуказанного феномена Вега стала нашей Полярной звездой и чтобы в арктических областях произошли климатические изменения».
«Ну что же, – подхватывал копенгагенский „День“, – через двенадцать тысяч лет мы и вложим в это дело свои капиталы, а до той поры – ни кроны!»
Во всяком случае, хотя «Научное обозрение» и имело основания ссылаться на Адемара, Арктическая промышленная компания едва ли возлагала надежды на перемены, которые сулило предварение равноденствий.
Так никто и не разобрался ни в том, что значила эта оговорка в знаменитом объявлении, ни в том, какие будущие космические изменения она имела в виду.
Повидимому, для выяснения достаточно было бы обратиться в правление новой Компании, в частности, к её председателю. Но никто не знал её председателя! Не знали также ни секретаря, ни членов вышеназванного правления. Не знали даже, от кого исходило объявление. В редакцию «НьюЙорк геральд» его доставил некто Уильям С. Форстер из Балтиморы, почтенный владелец складов трески и агент торгового дома «Ардринель и К°» в Ньюфаундленде – лицо, очевидно, подставное. А он был так же нем, как всё то, что хранилось в его складах, и самые любопытные, самые ловкие репортёры не могли ничего из него выудить. Словом, Арктическая промышленная компания оказалась настолько анонимной, что никому не удалось выведать ни одного имени. Вот это уж действительно предел анонимности!
Хотя учредители нового коммерческого предприятия упорно хранили свои имена в глубокой тайне, зато их цель была точно и ясно указана в объявлении, которое обошло весь мир.
Дело заключалось в том, чтобы приобрести в полную собственность часть Полярной области, ограниченной с юга линией восемьдесят четвёртого градуса и центром которой являлся Северный полюс. Восемьдесят четвёртой параллели действительно не переходили даже те из исследователей новейшего времени, которые ближе всех подбирались к этой заветной точке земного шара, а именно Парри, Маркэм и Локвуд с Брэнардом. А прочие мореплаватели, бороздившие арктические моря, были остановлены в своём продвижении к полюсу значительно раньше. Пайен, продвинувшись немного северней земли ФранцаИосифа и островов Новой Земли, дошёл в 1874 году до 82°15', Леу в 1870 году проник к северу от берегов Сибири – до 72°47', Делонг с экспедицией «Жаннеты» в 1879 году достиг островов, носящих его имя, то есть 78°45'. Другие исследователи, обогнув Новосибирские острова и Гренландию и поровнявшись с мысом Бисмарка, приближались только к семьдесят шестому, семьдесят седьмому и семьдесят девятому градусу северной широты. Стало быть, между точкой, где побывали Локвуд и Брэнард (13°35'), и восемьдесят четвёртой параллелью оставался ещё промежуток, измеряемый по градусной сетке двадцатью пятью минутами, и, следовательно. Арктическая промышленная компания, как указывалось в объявлении, не покушалась на ранее открытые земли – её планы простирались на область совершенно девственную, где ещё не бывали люди.
Вот какова площадь той части земного шара, которая окружена восемьдесят четвёртой параллелью:
От 84° до 90° всего шесть градусов; так как расстояние между градусами равно шестидесяти милям, то длина радиуса составляет триста шестьдесят миль, длина диаметра – семьсот двадцать миль. Длина окружности, следовательно, две тысячи двести шестьдесят миль. Вся площадь в круглых цифрах будет равна четырёмстам семи тысячам квадратных миль13. Это почти десятая часть Европы, – изрядный кусочек!
Авторы объявления, как мы видели, считали бесспорным, что поскольку необследованные земли не принадлежат никому, то они принадлежат всем. Возможно, что большая часть государств и не подумает возражать против этого положения. Но следовало опасаться, что государства, граничащие с полярными областями, сочтут их продолжением своих владений к северу и пожелают воспользоваться правом собственности. Такие требования будут тем более основательны, что открытия в арктических областях сделаны благодаря отваге народов, населяющих эти государства. Федеральное правительство в лице новой Компании, предполагая, вероятно, что подобные требования будут предъявлены, рассчитывало возместить убытки этих государств суммой, полученной от аукциона. Как бы то ни было, сторонники Арктической промышленной компании твердили одно: «Это собственность общая, но раз никого нельзя заставлять владеть чемлибо сообща, то нельзя и возражать против продажи с аукциона всего обширного владения».
Государств, изза близкого соседства имевших неоспоримые права на эту территорию, было шесть: Америка, Англия, Дания, Швеция с Норвегией, Голландия и Россия. Но и другие страны могли бы указать на открытия, сделанные их моряками и путешественниками.
Так, вправе была бы вмешаться и Франция, потому что её сыны участвовали в экспедициях, целью которых было исследование околополярных территорий. Нельзя не упомянуть между другими смелого Белло, умершего в 1853 году около острова Бичи во время плавания «Феникса», посланного на розыски Джона Франклина. Разве можно забыть доктора Октава Пави, умершего в 1884 году около мыса Сабайн, во время пребывания экспедиции Грили в ФортКонгер? А разве справедливо предать забвению экспедицию, с которой в 1838–1839 годах побывали в омывающих Шпицберген морях Шарль Мартен, Мармье, Браве и их доблестные спутники?
И тем не менее Франция решила вовсе не вмешиваться в это предприятие скорее коммерческого, чем научного характера и отказалась от своей доли полярного пирога, о которой другие державы рисковали обломать себе зубы. Быть может, она поступила разумно и правильно.
Так сделала и Германия. Она могла бы похвастать экспедицией на Шпицберген гамбургского жителя Фридриха Мартенса ещё в 1671 году и плаванием кораблей «Германия» и «Ганза» в 1860–1870 годах под начальством Кольдервея и Хегемана, которые, держась берега Гренландии, поднялись к северу до мыса Бисмарка. Но, несмотря на блестящие открытия в прошлом, Германия не считала нужным увеличить Германскую империю куском полюса.
Так же поступила и АвстроВенгрия, хотя она и обладала Землёй ФранцаИосифа, расположенной к северу от берегов Сибири.
А Италия, не имевшая никаких оснований вмешиваться, не вмешивалась вовсе, хотя это и покажется, пожалуй, неправдоподобным.
Оставались ещё самоеды и другие сибирские народы, эскимосы, занимающие обширные территории Северной Америки, туземцы Гренландии, Лабрадора, архипелага БаффинаПарри, Алеутских островов и островов, находящихся между Азией и Америкой; наконец – те племена, которые под именем чукчей населяют старинную русскую Аляску (она стала американской14 с 1867 года). Но хотя эти народности являются исконным населением Севера и его бесспорными владельцами, им тут вовсе не предоставлялось права голоса.
Да и как, чем бы расплачивались эти бедняки на аукционе, объявленном Арктической промышленной компанией? Раковинами, моржовыми клыками или тюленьим жиром?
Правда, эта арктическая область отчасти принадлежала им, – ведь они впервые её «открыли», они по праву ею владели, – а сейчас американцы собирались продать её с публичных торгов! Но ведь они всегонавсего самоеды, чукчи, эскимосы, – их даже никто и не спрашивал…
Таковы уж порядки на земле!

Скачать книгу: Вверх дном [0.12 МБ]