Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное


Айзек Азимов. Сами боги




Посвящается Человечеству в надежде,
что война с безрассудством все-таки
будет выиграна.




* ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРОТИВ ГЛУПОСТИ *


6


/ Повествование начинается с главы 6. Это не ошибка.
У меня есть на то свои глубокие причины. А потому
спокойно читайте и (надеюсь) получайте удовольствие./

- Без толку! - резко бросил Ламонт. - Я ничего не добился.
Лицо его было хмурым. Оно и всегда казалось насупленным из-за глубоко
посаженных глаз и чуть скошенного набок подбородка. Даже когда он был в
хорошем настроении. Но сейчас его настроение никак нельзя было назвать
хорошим. Второй официальный разговор с Хэллемом завершился еще большим
фиаско, чем первый.
- Не впадай в мелодраму, - вяло посоветовал Майрон Броновский. - Ты
ведь ничего другого и не ждал. Сам же говорил.
Он подбрасывал вверх ядрышки арахиса и ловил их пухлыми губами.
Проделывал он это очень ловко - ни одно ядрышко не пролетало мимо.
Броновский был не слишком высок и не очень строен.
- Так что же, мне теперь радоваться? Впрочем, ты прав - это значения
не имеет. У меня есть другие средства, и я намерен к ним прибегнуть, а
кроме того, я рассчитываю на тебя. Если бы тебе удалось...
- Не продолжай, Питер! Все это я уже слышал. От меня требуется всего
лишь расшифровать мыслительные процессы внеземного разума.
- Но зато высокоразвитого! И ведь они там у себя, в паравселенной,
явно добиваются, чтобы их поняли.
- Возможно - вздохнул Броновский. - Но посредником-то служит мой
разум, и хотя я считаю, что он, конечно, развит неимоверно высоко, однако
все-таки не настолько. Ночью, когда не спится, меня начинают одолевать
сомнения, а способны ли вообще разные типы разума понять друг друга. Ну, а
если день выдался особенно скверный, то мне и вовсе мерещится, что слова
"разные типы разума", не имеют ни малейшего смысла.
- Как бы не так! - свирепо сказал Ламонт, и его руки в карманах
лабораторного халата сжались в кулаки. - Хэллем и я - вот тебе эти типы.
То есть прославленный дурак доктор Фредерик Хэллем и я. И вот тебе
доказательство: он попросту не понимает того, что я ему говорю. Его тупая
физиономия багровеет еще больше, глаза вылезают на лоб, а уши глохнут. Я
бы сказал, что его рассудок перестает функционировать, но у меня нет
никаких оснований предполагать, что он вообще функционирует.
- Ай-ай-ай! Разве можно говорить так про Отца Электронного
Насоса?пробормотал Броновский.
- То-то и оно! Псевдоотец! Уж если кто тут ни при чем, так это он.
Его вклад был минимальным. Я-то знаю.
- И я знаю. Ты мне это без конца твердишь! - Броновский подбросил
очередное ядрышко. И опять не промахнулся.



1


За тридцать лет до этого разговора Фредерик Хэллем был заурядным
радиохимиком. Его диссертационная работа еще пахла типографской краской, и
ничто в нем не свидетельствовало о таланте, способном потрясти мир.
А потрясение мира началось, собственно, с того, что на рабочем столе
Хэллема стояла запыленная колба с ярлычком "Вольфрам". Ее поставил сюда не
он. Он даже никогда к ней не прикасался. Она досталась ему в наследство от
прежнего владельца кабинета, которому когда-то бог весть по какой причине
понадобился вольфрам. Да и содержимое колбы уже, собственно говоря,
перестало быть вольфрамом. Это были серые запыленные крупинки, покрытые
толстым слоем окиси. Их давно пора было выбросить.
И вот однажды Хэллем вошел в лабораторию (ну да, это произошло 3
октября 2070 года) и приступил к работе. Около десяти часов он поднял
голову, уставился на колбу и вдруг схватил ее. Пыли на ней не стало
меньше, выцветший ярлычок нисколько не изменился, но Хэллем тем не менее
крикнул:
- Черт подери! Какой сукин сын трогал эту колбу?
Так по крайней мере утверждал Денисон, который слышал этот вопль и
много лет спустя поведал о нем Ламонту. Парадный рассказ об
обстоятельствах замечательного открытия, запечатленный во множестве книг и
учебников, этой фразы не содержит. Перед читателем возникает образ
проницательного химика, который орлиным взором сразу же подметил изменения
и мгновенно сделал далеко идущие выводы.
Куда там! Хэллему вольфрам был не нужен, он его совершенно не
интересовал. И, в сущности, ему было все равно, трогал кто-то колбу или
нет. Просто он (подобно многим другим людям) терпеть не мог, когда на его
столе хозяйничали без его ведома, и всегда готов был заподозрить
окружающих в таких посягательствах, продиктованных исключительно желанием
ему насолить.
Но в покушении на колбу никто не признавался. Бенджамин Аллан Денисон
услышал возглас Хэллема потому, что сидел в кабинете напротив лицом к
открытой двери. Он поднял голову и встретил сверлящий взгляд Хэллема.
Хэллем не внушал ему особых симпатий (впрочем, он никому их не
внушал), а в то утро Денисон плохо выспался и - как он вспоминал
впоследствии - был даже рад сорвать на ком-нибудь свое дурное настроение.

Скачать книгу: Сами боги [0.21 МБ]