Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное


Айзек Азимов. Профессия




Джордж Плейтен сказал с плохо скрытой тоской в голосе:
- Завтра первое мая. Начало Олимпиады!
Он перевернулся на живот и через спинку кровати пристально посмотрел
на своего товарища по комнате. Неужели он не чувствует того же? Неужели
мысль об Олимпиаде совсем его не трогает?
У Джорджа было худое лицо, черты которого еще более обострились за те
полтора года, которые он провел в приюте. Он был худощав, но в его синих
глазах горел прежний неуемный огонь, а в том, как он сейчас вцепился
пальцами в одеяло, было что-то от затравленного зверя.
Его сосед по комнате на мгновение оторвался от книги и заодно
отрегулировал силу свечения стены, у которой сидел. Его звали Хали Омани,
он был нигерийцем. Темно-коричневая кожа и крупные черты лица Хали Омани,
казалось, были созданы для того, чтобы выражать только одно спокойствие, и
упоминание об Олимпиаде нисколько его не взволновало.
- Я знаю, Джордж, - произнес он.
Джордж многим был обязан терпению и доброте Хали; бывали минуты,
когда он очень в них нуждался, но даже доброта и терпение могут стать
поперек глотки. Разве сейчас можно сидеть с невозмутимым видом идола,
вырезанного из дерева теплого, сочного цвета?
Джордж подумал, не станет ли он сам таким же через десять лет жизни в
этом месте, и с негодованием отогнал эту мысль. Нет!
- По-моему, ты забыл, что значит май, - вызывающе сказал он.
- Я очень хорошо помню, что он значит, - отозвался его собеседник. -
Ровным счетом ничего! Ты забыл об этом, а не я. Май ничего не значит для
тебя, Джорджа Плейтена... и для меня, Хали Омани, - негромко добавил он.
- Сейчас на Землю за новыми специалистами прилетают космические
корабли, - произнес Джордж. - К июню тысячи и тысячи этих кораблей, неся
на борту миллионы мужчин и женщин, отправятся к другим мирам, и все это,
по-твоему, ничего не значит?
- Абсолютно ничего. И вообще, какое мне дело до того, что завтра
первое мая?
Беззвучно шевеля губами. Омани стал водить пальцем по строчкам книги,
которую он читал, - видимо, ему попалось трудное место.
Джордж молча наблюдал за ним. "К черту! - подумал он. - Закричи,
завизжи! Это-то ты можешь? Ударь меня, ну, сделай хоть что-нибудь!"
Лишь бы не быть одиноким в своем гневе. Лишь бы разделить с
кем-нибудь переполнявшее его возмущение, отделаться от мучительного
чувства, что только он, он один умирает медленной смертью!
В те первые недели, когда весь мир представлялся ему тесной
оболочкой, сотканной из какого-то смутного света и неясных звуков, - тогда
было лучше. А потом появился Омани и вернул его к жизни, которая того не
стоила.
Омани! Он-то стар! Ему уже по крайней мере тридцать. "Неужели и я в
этом возрасте буду таким же? - подумал Джордж. - Стану таким, как он,
через каких-нибудь двенадцать лет?"
И оттого, что эта мысль вселила в него панический страх, он заорал на
Омани:
- Брось читать эту идиотскую книгу!
Омани перевернул страницу и, прочитав еще несколько слов, поднял
голову, покрытую шапкой жестких курчавых волос.
- А? - спросил он.
- Какой толк от твоего чтения? - Джордж решительно шагнул к Омани,
презрительно фыркнул: - Опять электроника! - и вышиб книгу из его рук.
Омани неторопливо встал и поднял книгу. Без всякого раздражения он
разгладил смятую страницу.
- Можешь считать, что я удовлетворяю свое любопытство, - произнес он.
- Сегодня я пойму кое-что, а завтра, быть может, пойму немного больше. Это
тоже своего рода победа.
- Победа! Какая там победа? И больше тебе ничего не нужно от жизни? К
шестидесяти пяти годам приобрести четверть знаний, которыми располагает
дипломированный инженер-электронщик?
- А может быть, не к шестидесяти пяти годам, а к тридцати пяти?
- Кому ты будешь нужен? Кто тебя возьмет? Куда ты пойдешь с этими
знаниями?
- Никому. Никто. Никуда. Я останусь здесь и буду читать другие книги.
- И этого тебе достаточно? Рассказывай! Ты заманил меня на занятия.
Ты заставил меня читать и заучивать прочитанное. А зачем? Это не приносит
мне никакого удовлетворения.
- Что толку в том, что ты лишаешь себя возможности получать
удовлетворение?
- Я решил наконец покончить с этим фарсом. Я сделаю то, что собирался
сделать с самого начала, до того как ты умаслил меня и лишил воли к
сопротивлению. Я заставлю их... заставлю...
Омани отложил книгу, а когда Джордж, не договорив, умолк, задал
вопрос:
- Заставишь, Джордж?
- Заставлю исправить эту вопиющую несправедливость. Все было
подстроено. Я доберусь до этого Антонелли и заставлю его признаться, что
он... он...
Омани покачал головой.
- Каждый, кто попадает сюда, настаивает на том, что произошла ошибка.
Мне казалось, что у тебя этот период уже позади.
- Не называй это периодом, - злобно сказал Джордж. - В отношении меня
действительно была допущена ошибка. Я ведь говорил тебе...
- Да, ты говорил, но в глубине души ты прекрасно сознаешь, что в
отношении тебя никто не совершил никакой ошибки.
- Не потому ли, что никто не желает в этом сознаваться? Неужели ты
думаешь, что кто-нибудь из них добровольно признает свою ошибку?.. Но я
заставлю их сделать это.
Во всем виноват был май, месяц Олимпиады. Это он возродил в Джордже
былую ярость, и он ничего не мог с собой поделать. Да и не хотел: ведь ему
грозила опасность все забыть.
- Я собирался стать программистом вычислительных машин, и я
действительно могу им быть, что бы они там ни говорили, ссылаясь на

Скачать книгу: Профессия [0.06 МБ]