Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

Он выпустил меня и сказал:
- Никто не знает о проекте Х. - И повторил подчеркнуто: - Проект Х.
Понял?
Я кивнул. Говорить я не мог, гортань приходит в себя медленно.
Он сказал:
- Я не прошу тебя на слово мне верить. Я буду тебе демонстрировать.
Я старался держаться поближе к двери.
Он сказал:
- У тебя есть бумажка с твоим почерком?
Я порылся во внутреннем кармане жилета. Там у меня заметки для
возможного письма возможного клиента когда-нибудь в будущем.
Дядя Отто сказал:
- Не показывай мне. Просто порви. На маленькие кусочки порви и
кусочки в мензурку положи.
Я разорвал листок на сто двадцать восемь частей.
Он задумчиво посмотрел на них и начал нажимать кнопки на... ну, на
машине. На ней толстая опаловая стеклянная пластинка, похожая на поднос
дантиста.
Последовало ожидание. Он продолжал колдовать над машиной.
Потом сказал: "Ага!" и еще произнес странный звук, который я не могу
передать.
Над стеклянным подносом, примерно в двух футах, появилось смутное
изображение листка бумаги. Оно постепенно приобрело резкость, и... к чему
тянуть? Это был мой листок. Мой почерк. Абсолютно четкий. Абсолютно
законный.
- Можно его взять? - Я говорил хрипло - отчасти от удивления, отчасти
из-за мягкого способа обращения моего дяди.
- Нет, - ответил он и провел сквозь него рукой. Бумага осталась
нетронутой. Он сказал: - Это только изображение в фокусе четырехмерного
параболоида. Второй фокус в прошлом, до того, как ты порвал листок.
Я тоже провел рукой. И ничего не почувствовал.
- Теперь смотри, - сказал он. Нажал кнопку на машине, и изображение
листка исчезло. Потом он взял несколько листков бумаги из пачки, бросил их
в пепельницу и поднес к ним горящую спичку. Потом выбросил пепел в
раковину. Снова нажал кнопку, и бумага появилась, но с отличиями. Кое-где
не хватало неровных кусков.
- Сгоревшие листы? - спросил я.
- Да. Машина должна проследить по времени гипервекторы молекул, на
которые она сфокусирована. Допустим, некоторые молекулы рассеялись в
воздухе - пф-ф-ф!
Я понял.
- Ну, если у вас пепел документа?
- Только молекулы этого пепла можно проследить.
- Но они будут так распределены, - заметил я, - что можно будет
увидеть очертания всего документа.
- Гмм. Может быть.


Идея все более захватывала меня.
- Послушайте, дядя Отто. Знаете ли вы, сколько заплатит департамент
полиции за такую машину? Да это будет такая помощь законным...
Я замолчал. Мне не понравилось, как он напрягся. вежливо спросил:
- Что вы сказали, дядя Отто?
Он проявил поразительное спокойствие. Реагировал только криком.
- Раз и навсегда, племянник. Все мои открытия отныне только я один
использую. Сперва мне нужно начальный капитал получить. Капитал их другого
источника, без моих идей продавания. После этого я фабрику по изготовлению
флейт открываю. И потом, много спустя, ради прибыли времявекторную машину
производить могу. Но сначала флейты. Прежде всего мои флейты. Вчера
вечером я поклялся.
- Благодаря эгоизму мир великой музыки лишился. Неужели имя мое в
истории как имя убийцы останется? Неужели эффект Шлеммельмайера - это
способ мозги человеческие поджаривать? Или прекрасную музыку разуму
приносить? Великую, удивительную, бессмертную музыку?
Правую руку он поднял ораторским жестом, левую держал за спиной.
Стекла окон завибрировали от его слов.
Я быстро сказал:
- Дядя Отто, вас услышат.
- Тогда перестань кричать, - ответил он.
- Но послушайте, возразил я, - как вы собираетесь получить начальный
капитал, если не хотите использовать свою машину?
- Я тебе еще не сказал. Я могу сделать изображение реальным. Что если
изображение окажется ценным?
Звучит неплохо.
- Ну, например, какой-нибудь утраченный документ, рукопись, первое
издание - такие вещи?
- НЕт. Есть ограничение. Два ограничения. Три ограничения.
Я подождал, пока он прекратит считать. Три, по-видимому, оказалось
пределом.
- И что это за ограничения?
- Во-первых, предмет в настоящем должен находиться в фокусе, иначе я
не смогу сфокусировать на нем в прошлом.
- То есть вы не можете получить из прошлого то, что сейчас не видите?
- Да.
- В таком случае препятствия номер два и три представляют чисто
академический интерес. Но все же каковы они?
- Я могу переместить из прошлого только грамм материала.
Грамм! Тринадцатая часть унции!
- А в чем дело? Не хватает энергии?
Мой дядя Отто ответил нетерпеливо:
- Это универсальные экспоненциальные отношения. Всей энергии
вселенной не хватит, чтобы два грамма принести.
Звучит туманно. Я спросил:
- А третье препятствие?
- Ну. - Он колебался. - Чем больше отделены друг от друга два фокуса,
тем гибче связь. Нужно уйти на большую глубину, прежде чем настоящее
потянет обратно. Другими словами, я в прошлое на сто пятьдесят лет
углубиться должен.
- Понятно, - сказал я (на самом деле совсем нет). - Подведем итоги.


Скачать книгу: Баттон, Баттон [0.01 МБ]