Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

что всего один экземпляр. А во-вторых, совершенно никому не
нужно знать, что сорокин феликс Александрович, автор романа
"товарищи офицеры!" И пьесы "равнение на середину!", Не
говоря уже о сценариях и армейских очерках, пишет еще,
оказывается, всякие фантасмагории.
А дам я им вот что. Пятьдесят восьмой год. "Корягины".
Пьеса в трех действиях. Действующие лица: Сергей Иванович
корягин, ученый, около шестидесяти лет; ирина Петровна, его
жена, сорок пять лет; Николай Сергеевич корягин, его сын от
первого брака, демобилизованный офицер, около тридцати лет.
И еще семь действующих лиц - студенты, художники, слушатели
военной академии. Действие происходит в москве, в наши дни.
Аня: слушай, можно задать тебе один вопрос?
Николай: попробуй.
Аня: а ты не обидишься?
Николай: смотря... Нет, не обижусь. Насчет жены?
Аня: да. Почему ты с ней развелся?
Очень хорошо. Антон павлович. Константин Сергеевич.
Владимир Иванович. Главное, не закончено и никогда закончено
не будет. Вот это мы им и отдадим.
Отложив за спину рукопись, я принялся запихивать и
уминать в шкафчик все остальное, и тут в руку мне попалась
общая тетрадь в липком коричневом переплете, разбухшая от
торчащих из нее посторонних листков. Я даже засмеялся от
радости и сказал ей: "вот где ты, голубушка!", Потому что
это была тетрадь заветная, драгоценная, потому что это был
мой рабочий дневник, который я потерял в прошлом году, когда
в последний раз наводил порядок в своих бумагах.
Тетрадь сама раскрылась у меня в руках, и обнаружился в
ней мой заветный цанговый карандаш из чехословакии, карандаш
не простой, а счастливый; все сюжеты надлежало записывать
только этим карандашом, и никаким иным, хотя, признаться, он
был довольно неудобен, потому что корпус у него лопнул в
двух местах, и грифель при неосторожном движении
проваливался внутрь.
Я уже, оказывается, и забыл совсем, что начиналась эта
тетрадка тридцатого марта, почти ровно одиннадцать лет
назад. Я писал тогда повесть "железная семья" - о
современных, мирных, так сказать, танкистах. Писалась она
трудно, кровью и сукровицей она писалась, эта повесть.
Помнится, я несколько раз выезжал в части по командировкам,
правое ухо обморозил, и все равно толку никакого не
получилось. Повесть отклонили. Спасибо, хоть аванс не
отобрали.
Я листал страницы с однообразными записями:
2.04. Сдел. 5 Стр. Вечером 2 стр. Всего 135 стр.
3.04. Сдел. 4 Стр. Вечер. 1 Стр. Всего 140 стр.
Это у меня верный признак: если никаких записей, кроме
статистических, не ведется, значит, работа идет либо очень
хорошо, либо на пропасть. Впрочем, 7.04 Странная запись:
"писал жалобу в правительствующий сенат". А 3.05: "Ничто так
не взрослит, как предательство".
А вот и этот день, когда начал я придумывать
современные сказки.
21 Мая 72 года. "История про новосела-рабочего. У него
работают циклевщик, грузчик, водопроводчик, все Кандидаты
наук. И все застревают в квартире. Циклевщик защемил палец в
паркете, грузчика задвинули шкафом, водопроводчик хлебнул
вместо спирта эликсиру и стал невидимым. И еще домовой. И
строитель, замурованный в вентиляционной шахте. И приходит
катя".
Это еще не "современные сказки", до "современных
сказок" было тогда еще далеко. Справиться мне с этим сюжетом
так и не удалось, и сейчас я даже не помню: какой новосел?
Почему домовой? Что за эликсир?
Или вот еще сюжет того времени.
28.10.72. "Человек (фокусник), которого все принимали
за пришельца из космоса". В те поры все вокруг словно бы с
ума сошли по поводу летающих тарелок. Только об этом и
разговоров: братья по разуму, баабекская веранда,
тассильские рисунки. И вот тогда мне придумалось: живет себе
человек, ни о чем таком не думает, по профессии фокусник,
причем фокусник очень хороший. И замечает он вдруг некое
беспокоящее к себе внимание. Соседи по лестничной площадке
странно с ним заговаривают, участковый заходит, интересуется
реквизитом и туманно рассуждает насчет закона сохранения
энергии. "Это исчезающее яйцо,- говорит он,- не согласуется
у вас, гражданин, с современными представлениями о законах
сохранения". Наконец, вызывают его в отдел кадров, а там у
кадровика сидит какой-то гражданин, вроде бы даже знакомый,
но с одним глазом. И кадровик принимается моего героя
расспрашивать, сколько церквей в его родном забубенске, да
кому там памятник стоит на главной площади, да не помнит ли
он, сколько на фасаде горсовета окон. А герой, разумеется,
ничего этого не помнит, и атмосфера подозрительности все
сгущается, и вот уже заводятся вокруг него разговоры о
принудительном медосмотре... Чем должна была кончиться вся
эта история, я придумать так и не сумел: охладел. И теперь
очень жалко мне, что охладел.
Второго ноября записано: "не работал, страдаю брюхом",
а третьего - короткая запись: "вполсвиста".
С теплой грустью листал я свой рабочий дневник страницу
за страницей.
"Человек - это душонка, обремененная трупом. Эпиктет".
"Против кого дружите?"
"Ректальная литература".
"Только те науки распространяют свет, кои способствуют
выполнению начальственных предписаний. Салтыков-щедрин".
"Гнал спирт из ногтей алкоголиков".
А это опять для современных сказок:

Скачать книгу: Хромая судьба [0.13 МБ]