Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!



Добавить в избранное


Аркадий и Борис Стругацкие. Попытка к бегству



Повесть



I.



- Хороший сегодня будет день! - Сказал вслух Вадим.
Он стоял перед распахнутой стеной, похлопывая себя по
голым плечам, и глядел в сад. Ночью шел дождь, трава была
мокрая, кусты были мокрые, и крыша соседнего коттеджа тоже
была мокрая. Небо было серое, а на тропинке блестели лужи.
Вадим подтянул трусы, спрыгнул в траву и побежал по тропинке.
Глубоко, с шумом вдыхая сырой утренний воздух, он бежал мимо
отсыревших шезлонгов, мимо мокрых ящиков и тюков, мимо
соседского палисадника, где, выставив напоказ внутренности,
красовался полуразобранный "колибри", через мокрые, пышно
разросшиеся кусты, между стволами мокрых сосен; не
останавливаясь, прыгнул в озерцо, выбрался на противоположный
берег, поросший осокой, а оттуда, разгоряченный, очень
довольный собой, все наращивая темп, помчался обратно,
перепрыгивая через огромные спокойные лужи, распугивая
маленьких серых лягушек, прямо к лужайке перед Антоновым
коттеджем, где стоял "корабль".
"Корабль" был совсем молодой, ему не исполнилось и двух
лет. Черные матовые его бока были абсолютно сухи и едва
заметно колыхались, а острая вершина была сильно наклонена и
направлена в ту точку серого неба, где за тучами находилось
солнце: "корабль" по привычке набирал энергию. Высокая трава
вокруг "корабля" была покрыта инеем, поникла и пожелтела.
Впрочем, это был приличный, тихого нрава звездолет типа
"турист". Рейсовый рабочий звездолет за ночь выморозил бы весь
лес на десять километров вокруг.
Вадим, оскальзываясь на поворотах, обежал "корабль" и
направился домой. Пока он, стеная от наслаждения, растирался
мохнатым полотенцем, из дачи напротив вышел сосед дядя саша со
скальпелем в руке. Вадим помахал ему полотенцем. Соседу было
полтораста лет, и он день - деньской возился со своим
вертолетом, но все было втуне - "колибри" летал неохотно.
Сосед задумчиво поглядел на Вадима.
- У тебя нет запасных биоэлементов? - Спросил он.
- Что, сгорели?
- Не знаю. У них ненормальная характеристика.
- Может связаться с Антоном, дядя саша, - предложил
Вадим. - Он сейчас в городе. Пусть привезет вам парочку.
Сосед подошел к вертолету и стукнул его скальпелем по
носу.
- Что же ты не летаешь, дурачок? - Сказал он сердито.
Вадим принялся одеваться.
- Биоэлементы... - Ворчал дядя саша, запуская скальпель
во внутренности "колибри". - Кому это надо? Живые механизмы...
Полуживые механизмы... Почти неживые механизмы... Ни монтажа,
ни электроники... Одни нервы! Простите, но я не хирург, -
вертолет дернулся. - Тихо ты, животное! Стой смирно! - Он
извлек скальпель и повернулся к Вадиму. - Это негуманно
наконец! - Объявил он. - Бедная испорченная машина
превращается в сплошной больной зуб! Может быть, я слишком
старомоден? Мне ее жалко, ты понимаешь?
- Мне тоже, - пробормотал Вадим, натягивая рубашку.
- Что?
- Я говорю: может быть, вам помочь?
Дядя саша некоторое время переводил взгляд с вертолета на
скальпель и обратно.
- Нет, - сказал он решительно. - Я не желаю применяться к
обстоятельствам. Он у меня будет летать.
Вадим сел завтракать. Он включил стереовизор и положил
перед собой "новейшие приемы выслежИвания тахоргов". Книга
была старинная, бумажная, читанная - перечитанная еще дедом
Вадима. На обложке был изображен пейзаж планеты - заповедника
пандоры с двумя чудовищами на первом плане.
Вадим ел, листая книжку, с удовольствием поглядывая на
хорошенькую дикторшу, рассказывавшую что-то о боях критиков по
поводу эмоциолизма. Дикторша была новая, и она нравилась
Вадиму уже целую неделю.
- Эмоциолизм! - Со вздохом сказал Вадим и откусил от
бутерброда с козьим сыром. - Милая девочка, ведь это слово
отвратительно даже фонетически. Поедем лучше с нами! А оно
пусть остается на земле. Оно наверняка умрет к нашему
возвращению - можешь быть уверена.
- Эмоциолизм как направление обещает многое, -
невозмутимо говорила дикторша. - Потому что только он сейчас
дает по-настоящему глубокую перспективу существенного
уменьшения энтропии эмоциональной информации в искусстве.
Потому что только он сейчас...
Вадим встал и с бутербродом в руке подошел к распахнутой
стене.
- Дядя саша, - позвал он, - вам ничего не слышится в
слове "эмоциолизм"?
Сосед, заложив руки за спину, стоял перед развороченным
вертолетом. "Колибри" трясся, как дерево под ветром.
- Что? -Сказал дядя саша, не оборачиваясь.
- Слово "эмоциолизм", - повторил Вадим. - Я уверен, что в
нем слышится похоронный звон, видится нарядное здание
крематория, чувствуется запах увядших цветов.

Скачать книгу: Попытка к бегству [0.08 МБ]