Бесплатная,  библиотека и галерея непознанного.Пирамида

Бесплатная, библиотека и галерея непознанного!
Добавить в избранное

инструктора: "По бронепехоте... бронебойным..." И я никак не мог нажать на
спуск, потому что в руке у меня опять был нож...
Потом вдруг наступила передышка. Были уже сумерки. Оказалось, что
ракетомет мой цел, и я сам тоже цел, вокруг меня собралась целая куча
дикобразов, человек десять. Все они курили, и кто-то сунул мне в руку
флягу. Кто? Заяц? Не знаю... Помню, что на фоне пылающего дома шагах в
тридцати чернела странная фигура: все сидели или лежали, а этот стоял, и
было такое впечатление, будто он черный, но голый... Не было на нем одежды
- ни шинели, ни куртки. Или не голый все-таки?.. "Заяц, кто это там
торчит?" - "Не знаю, я не Заяц". - "А где Заяц?" - "Не знаю, ты пей,
пей..."
Потом мы копали, торопились изо всех сил. Это было уже какое-то
другое место. Деревня была уже теперь не сбоку, а впереди. То есть деревни
больше не было вообще - груды головешек, зато на дороге горели бронеходы.
Много. Несколько. Под ногами хлюпала болотная жижа... "Объявляю тебе
благодарность, молодец, Кот..." - "Извините, Гепард, я что-то плохо
соображаю. Где все наши? Почему только дикобразы?.." - "Все в порядке,
Гаг, работай, работай, брат-храбрец, все целы, все восхищены тобой..."
...И вдруг из черно-алой мути прямо в лицо ливень жидкого огня. Все
сразу вспыхивает - и трупы, и земля, и ракетомет. И кусты какие-то. И я.
Больно. Адская боль. Как барон Трэгг. Лужу мне, лужу! Тут ведь лужа была!
Они в ней лежали! Я их туда положил, змеиное молоко, а их в огонь надо
было положить, в огонь! Нет лужи... Земля горела, земля дымилась, и кто-то
вдруг с нечеловеческой силой вышиб ее у меня из-под ног...



2


Возле койки Гага сидели двое. Один - сухопарый, с широкими костлявыми
плечами, с большими костлявыми лапами. Он сидел, закинув ногу на ногу,
обхватив колено мосластыми пальцами. Был на нем серый свитер со свободным
воротом, узкие синие брюки непонятного покроя, не форменные, и красные с
серым плетеные сандалии. Лицо было острое, загорелое с ласкающей сердце
твердостью в чертах, светлые глаза с прищуром, седые волосы -
беспорядочной, но в то же время какой-то аккуратной копной. Из угла в угол
большого тонкогубого рта передвигалась соломинка.
Другой был добряк в белом халате. Лицо у него было румяное, молодое,
без единой морщинки. Странное какое-то лицо. То есть не само лицо, а
выражение. Как у святых на древних иконах. Он глядел на Гага из-под
светлого чуба и улыбался как именинник. Очень был чем-то доволен. Он и
заговорил первым.
- Как мы себя чувствуем? - осведомился он.
Гаг уперся ладонями в постель, согнул ноги в коленях и легко перенес
зад в изголовье.
- Нормально... - сказал он с удивлением.
Ничего на нем не было, даже простыни. Он посмотрел на свои ноги, на
знакомый шрам выше колена, потрогал грудь и сразу же нащупал пальцами то,
чего раньше не было: два углубления под правым соском.
- Ого! - сказал он, не удержавшись.
- И еще одна в боку, - заметил добряк. - Выше, выше...
Гаг нащупал шрам в правом боку. Потом он быстро оглядел голые руки.
- Погодите... - пробормотал он. - Я же горел...
- Еще как! - вскричал румяный и руками показал - как. Получалось, что
Гаг горел, как бочка с бензином.
Сухопарый в свитере молчал, разглядывая Гага, и было в его взгляде
что-то такое, отчего Гаг подтянулся и произнес:
- Благодарю вас, господин врач. Долго я был без памяти?
Румяный добряк почему-то перестал улыбаться.
- А что ты помнишь последнее? - спросил он почти вкрадчиво.
Гаг поморщился.
- Я подбил... Нет! Я горел. Огнемет, наверное. И я побежал искать
воду... - Он замолчал и снова ощупал шрамы на груди. - В этот момент меня,
наверное, подстрелили... - сказал он неуверенно. - Потом... - он замолчал
и посмотрел на сухопарого. - Мы их задержали? Да?.. Где я? В каком
госпитале?
Однако сухопарый не ответил, и снова заговорил добряк. Как бы в
затруднении он с силой погладил себя по круглым коленям.
- А ты сам как думаешь?
- Виноват... - сказал Гаг и спустил ноги с койки. - Неужели так много
времени прошло? Полгода? Или год?.. Скажите мне прямо, - потребовал он.
- Да что время... - сказал румяный. - Времени-то прошло всего пять
суток.
- Сколько?
- Пять суток, - повторил румяный. - Верно? - спросил он, обращаясь к
сухопарому.
Тот молча кивнул. Гаг улыбнулся снисходительно.
- Ну хорошо, - сказал он. - Ну ладно. Вам, врачам, виднее. В конце
концов, какая разница... Я бы хотел только знать господин... - Он
специально сделал паузу, глядя на сухопарого, но сухопарый никак не
отреагировал. - Я бы хотел только знать положение на фронте и когда я
смогу вернуться в строй...
Сухопарый молча передвигал соломинку из одного угла рта в другой.
- Я ведь могу надеяться снова попасть в свою группу... в столичную
школу...
- Вряд ли, - сказал румяный.
Гаг только глянул на него и снова стал смотреть на сухопарого.
- Ведь я - Бойцовый Кот, - сказал он. - Третий курс... Имею
благодарности. Имею одну личную благодарность его высочества...
Румяный замотал головой.
- Это несущественно, - сказал он. - Не в этом дело.
- Как это - не в этом дело? - сказал Гаг. - Я - Бойцовый Кот! Вы что,
не знаете? Вот! - Он поднял правую руку и показал - опять-таки сухопарому
- татуировку под мышкой. - Мне пожимал руку его высочество, лично! Его
высочество пожаловал мне...
- Да нет, мы верим, верим, знаем! - замахал на него руками румяный,
но Гаг оборвал его:
- Господин врач, я разговариваю не с вами! Я обращаюсь к господину
офицеру!

Скачать книгу: Парень из преисподней [0.08 МБ]